Горе луковое, или Как не надо делать рекламу

Война все спишет, все оправдает. И можно до хрипоты доказывать, кого именно носители языка подразумевают под словом «sibul», – в интернете существуют дискуссии на этот счет, и диапазон значений довольно широк – от классического ватника и жителя Причудья до любого русскоговорящего. Но реклама, эксплуатирующая ненависть и пользующаяся ее языком, – увы, симптоматична.

Особенно, конечно, радуют в этом плане новоприбывшие русские, знакомые с контекстом словоупотребления понаслышке, но имеющие собственное, четко сформировавшееся, мнение о местных русских. Это еще одно, местами не слишком скрытое, противостояние подбрасывает дровишек туда, где и без того полыхает. И без того чувствующая себя обиженной часть местных русскоязычных укрепляется в своем ресентименте, иностранные журналисты ломятся в Нарву с доставшим всех вопросом «кто следующий?», государство тратит еще сколько-то денег на проведение интеграционных хороводов, призванных погасить пожар.

Реагировать на каждый такой случай бессмысленно, не реагировать – означает закреплять в обществе нездоровые установки, что так можно и нужно. Глава компании, публично утверждающий, что не знал о негативных коннотациях слова «sibul», мягко говоря, лукавит. Иногда нужно иметь смелость сказать: «Ребята, мы облажались, больше такого не повторится». И, например, оказать спонсорскую помощь бывшему Русскому театру. Достаточно было бы символического жеста. В конце концов, вам нужны потребители, а стране нужны люди. И это мы, не ватники и не сибули. А пока горько.