Ядерная война начнется, даже под страхом полного уничтожения

«Неотъемлемая опасность такого положения усугубляется тем фактом, что состояние российской системы предупреждения ухудшилось с момента окончания холодной войны»,- полагает Уильям Перри.

Опасность случайной ядерной войны, разумеется, остается. Да и российская система предупреждения о ракетном нападении (СПРН) вряд ли улучшилась после распада СССР. Опасность случайной ядерной войны связана с унаследованным Россией и США от холодной войны режимом взаимного ядерного сдерживания. И пока - пусть даже небольшое количество - ядерного оружия будет оставаться в арсеналах этих и других ядерных держав, опасность случайной ядерной войны ликвидировать полностью, конечно, не удастся. Даже при наличии сверхнадежных СПРН.

Взаимное ядерное сдерживание в лучшем случае обеспечивает равную опасность, которая является ни чем иным, как суррогатом подлинной безопасности. Даже если угроза преднамеренной ядерной войны будет сведена к нулю, вместе с ядерным оружием останется и опасность ее возникновения в результате случайности, просчета либо провокации.

Здравый смысл поэтому говорит: надо вести речь не о сдерживании с помощью ядерного оружия, а о сдерживании самого ядерного оружия. Это означает отказ от его наращивания и совершенствования, постепенное, но неуклонное уничтожение его запасов, вплоть до полной ликвидации и запрещения производства. США в последние годы предпринимают шаги в прямо противоположном направлении.

Во-первых, именно по вине США режим контроля над ядерными вооружениями, который в целом обеспечивал предсказуемость военно-политической ситуации, достаточное стратегическое предупреждение и, по существу, устранял опасность внезапного нападения, в настоящий момент по существу разрушен.

Во-вторых, именно США разрушают и другой важнейший режим международной безопасности - режим ядерного нераспространения. За последние несколько лет они нанесли три мощных удара по этому режиму.

Первый - выход из Договора по ПРО 1972 года. Это повлияло на всю систему соглашений, которая с таким трудом была наработана в период холодной войны.

Второй - новая американская ядерная доктрина, которая не просто снизила порог возможного применения ЯО, но и фактически перевела его из арсенала политических средств сдерживания в арсенал оружия поля боя.

Третий - признание Индии де-факто ядерной державой и заключение с ней договора о широкомасштабном сотрудничестве в ядерной области. В результате отпали последние политические и моральные аргументы против распространения ЯО. Остались, по сути, только угрозы применения силы, но и они не сработали в случае с КНДР.

Таким образом, через 10 лет Россия и весь мир вполне могут оказаться в обстановке превентивного развития очагов ядерных кризисов, лавинообразного распространению ядерных арсеналов в других странах, в том числе с авторитарными и неустойчивыми режимами, условия безопасного хранения ядерного оружия и требований по исключению несанкционированного доступа и применения этого оружия будут на самом низком уровне. Вместе с реальной возможностью ядерного терроризма всё это может создать такие угрозы не только региональной, но и глобальной безопасности, по сравнению с которыми все другие вызовы и угрозы - экологические, энергетические и прочие, скорее всего отступят далеко на задний план.

С тех пор как человечество вступило в «первый ядерный век», оно живет в обстановке, когда механизм уничтожения полностью отлажен и спусковой крючок удерживается на волоске от того, когда он будет внезапно и стремительно - в том числе и в результате возможной случайности - приведен в действие. Разум отказывается верить, что столь многое зависит от столь малого, что весь окружающий человека природный мир, равно как и сама человеческая цивилизация, дополнившая чудеса эволюции своими собственными чудесами искусства, науки, социальной организации и духовного возвышения, в один миг могут быть ввергнуты в небытие.

Однако самого осознания этой ситуации недостаточно для ее преодоления. Понимание неприемлемости ядерной угрозы должно быть формализовано в виде соответствующих договоров о ядерном разоружении. К этому, однако, не готовы США.