Какие налоги повышать?

Всякие бюджетные сокращения, когда они касаются тех расходов, которые делаются во имя будущих доходов, оборачиваются дальнейшим охлаждением экономики, и это заколдованный круг, пагубность которого понимают, похоже, все, включая правительство. Во всяком случае, если одно время создавалось впечатление, что оно под тяжестью обрушившихся бед забыло о прежних обещаниях не трогать важные государственные инвестиции, способные оживить какие-то секторы экономики, то в утверждённой на прошедшей неделе четырёхлетней бюджетной стратегии упор делается на пополнение доходной части, и прежде всего за счёт т.н. неналоговых возможностей.

Вообще возможностей у государства не слишком много. В стратегии говорится прежде всего о привлечении и правильном использовании европейских средств, что предполагает и самофинансирование. И это правильно, о чём ДВ уже писали. Писали ДВ и о некоторых других возможностях, не столь однозначно хороших, но вероятных, например, об эмиссии гособлигаций с направлением вырученных средств под те же европейские проекты. Правительство категорически не хотело этого делать, хотя его долговое бремя и было небольшим. Правда, теперь, когда оно воспользовалось другой не бесспорной возможностью и заключило договор о кредите, это бремя выросло.

И всё же главным источником пополнения казны остаются налоги, речь о возможном повышении которых правящие партии и повели на переговорах со своими будущими партнёрами. Вопрос в том, какие налоги поднимать.

Оказавшийся в распоряжении СМИ рабочий вариант коалицион shy;ного соглашения говорит о том, что повышать планируется налог с оборота. По мнению ДВ, как раз НСО увеличивать и не следует.

Когда правительства, уже много лет ведомые Реформистской партией, заверяли общество в том, что нельзя трогать налоги, они, мягко говоря, лукавили, потому что только и делали, что трогали их – снижали ставку подоходного, а дабы заполнить брешь, повышали акцизы, отменяли нулевую ставку НСО, увеличивали льготную ставку того же налога.

Облагать потребление, а не производство - само по себе верно. Администрировать повышение подоходного налога труднее, чем НСО, уже и потому, что оно «уводится» через конверты, хотя главная цель здесь соцналог.

Но повышать НСО, т.е. увеличивать налогообложение потребления, в момент, когда это потребление едва живо, это значит наносить по нему очередной удар и вызывать дальнейший спад. Любое предприятие одновременно выступает и как потребитель – сырья, энергии и т.д. Значит, подорожает производство. Сильно пострадают являющиеся постоянными крупными заказчиками-потребителями местные самоуправления, бюджеты которых и без того уже основательно ощипаны центральным правительством. Социальное измерение НСО в том, что люди со средним достатком и ниже тратят на первоочередные нужды около половины и больше, а люди с низким достатком - чуть ли не весь свой доход. И рост НСО будет весьма болезненным для малообеспеченных, причём для всех, включая и тех, кто подоходного налога не платит, т.е. пенсионеров.

Увеличение акцизов оборачивается распространением теневой экономики и контрабанды в подакцизных сферах.

В том, чтобы повысить подоходный налог, тоже ничего хорошего нет, и ДВ всегда выступали за то, чтобы налоги не трогать. Но выступали ДВ за это и тогда, когда реформисты затевали свою осуществлявшуюся до прошлого года реформу снижения подоходного налога. Теперь же из двух зол надо выбирать меньшее. И увеличение подоходного налога, например, на те же 2%, на которые планируется повысить НСО, будет для общества менее болезненным.