Маргинальный рост экономики

А именно: снижавшаяся пять лет подряд безработица, достигнув самого низкого уровня, во второй половине 2015 года стала расти. Если количество зарегистрированных безработных в годовом сравнении увеличилось уже в августе, то исследование рынка труда, основанное на личных оценках людей, демонстрировало еще в III квартале сохраняющуюся тенденцию снижения безработицы.

Однако в последнем квартале безработица выросла и согласно данным опросов до 6,4%, что на 0,1% больше, чем в конце 2014 года. По итогам года, впрочем, показатели рынка труда оставались еще весьма положительными: занятость выросла до 65,2%, а безработица сократилась всего лишь до 6,2%. При этом заслуживает внимания то, что, несмотря на увеличение маргинальной безработицы, в конце прошлого года трудовая занятость не снизилась. Это означает, что, несмотря на потерю некоторыми работавшими до того времени людьми своих рабочих мест, количество работающих увеличилось за счет тех, кто не был занят ранее.

Снижение безработицы, как правило, сопровождается дефицитом рабочей силы, или увеличением количества свободных рабочих мест, что графически изображается в экономике в виде кривой Бевериджа. Хотя количество вакантных мест увеличилось незачительно, повысился интерес работодателей к найму работников из тех социальных групп, трудовая занятость среди которых обычно ниже. Исходя из этого в 2015 году увеличилось участие на рынке труда в основном в двух возрастных группах – до 25 лет и 65-69 лет.

Для молодых людей раннее начало трудовой деятельности связано с риском, что работа помешает учебе и таким образом снизит возможность получения более высокого дохода в будущем. Напротив, повышение занятости лиц пенсионного возраста можно только приветствовать.

На европейском уровне высокая трудовая занятость пожилых людей остается пока столь фантастической целью, что Eurostat при оценке данного явления ограничивается возрастными рамками от 55 до 64 лет. В таком сравнении Эстония представляется весьма успешной страной, в которой по состоянию на 2014 год было занято 64% людей, относящихся к старшей возрастной группе. Если, однако, сравнивать со Швецией или Норвегией, то у нас есть еще пространство для развития, так как в этих государствах трудовая занятость 55-64-летних людей значительно превышает 70%. Перечислению положительных сторон высокой трудовой занятости пожилых людей можно было бы посвятить целую страницу. В экономическом смысле главное то, что максимальная продолжительность трудовой жизни отодвигает превращение человека в иждивенца, что хорошо как для общества, так и для самого человека. Всего среди населения в возрасте от 15 до 74 лет уровень участия в рабочей силе достиг 69,4%, что не так уж и далеко от уровня скандинавских стран.