Поделиться:

Сланцевое масло спасёт Ида-Вирумаа от кризиса?

Исправить ситуацию с занятостью в энергетическом секторе могло бы увеличение производства сланцевого масла. Такой потенциал есть у конкурентов Eesti Energia, однако им не хватает сырья, поскольку большая часть разрешений на добычу сланца находится в руках госконцерна. Решением могло бы стать перераспределение квот.

Фото: Liis Treimann

Государственный концерн Eesti Energia сообщил, что собирается отправить в принудительные отпуска около 1300 работников.

Концерн объяснил своё решение тем, что высокая цена на выбросы CO2 и большой объём элект­ричества из России создают неравную конкуренцию на бирже электроэнергии Nord Pool. Поэтому госпредприятие вынуждено сокращать производство элект­ричества из сланца.

«Если в начале этого года прогнозы компании показывали, что подразделения по производству электричества смогут конкурировать на открытом рынке, то в действительности с начала года выход на рынок получили только три энергоблока, использующие более новые технологии, а остальные восемь по большей части остаются в резерве», - сообщил член правления Eesti Energia Райне Пайо в пресс-релизе.

Сланцевого масла проблемы пока не касаются

«Государство называет сланец полезным ископаемым, но он является таковым только тогда, когда кто-то его перерабатывает. В противном случае это просто земля», - считает председатель правления Viru Keemia Grupp Ахти Асманн.

Если в случае с производством электро­энергии необходимость в сланце и шахтёрах сокращается, то в секторе сланцевого масла она, напротив, могла бы вырасти, поскольку на него не так сильно влияет стоимость квот. «Сланцевое масло в ЕС считается частью рафинировочного сектора, на который выделяют квоту CO2. Со временем она действительно уменьшается и в длительной перспективе будет оказывать влияние и на нас. Мы прикладываем усилия, чтобы этого избежать, и насколько острого влияния как на производство электричества, мы не видим», - пояснил Асманн.

Вице-канцлер Министерства экономики и финансов Тимо Татар опубликовал в издании Eesti Päevaleht мнение, где обращает внимание на то же обстоятельство: чтобы сланцевый сектор смог измениться, нужно уменьшить производство электричества из сланца и заменить его производством жидкого топлива.

«Этот переход уже происходит, и его скорость напрямую зависит от роста стоимости СО2 – если цена растёт быстро, нужно ускорить и переход», - считает он.

«Не было бы разумным вместо нового завода по производству масел построить сразу два? Что мы можем сделать для того, чтобы производители сланцевого масла вместе построили рафинировочный завод и таким образом существенно нарастили бы добавочную ценность сектора?» - задаётся вопросом он. Вице-канцлер считает, что средства для этого можно взять из доходов, полученных от продажи квот СО2.

Председатель правления Viru Keemia Grupp Ахти Асманн  Фото: Andres Haabu

Есть мощности, нет ресурсов

На вопрос, чувствует ли VKG необходимость в дополнительных работниках (что могло бы уменьшить и проблемы безработицы ида-вирумааских шахтёров), Асманн ответил, что, к сожалению, компании просто негде дать им работу. «Напоминаю, что VKG просто не давали разрешения на добычу, большая часть сланца – в руках Eesti Energia», - сказал он. Сейчас геологический запас VKG составляет 3,5 млн. тонн в год. При этом производственные мощности компании рассчитаны на 4,2 млн. тонн.

«Нам не хватает 0,7 млн. тонн геологического запаса в год. Сейчас мы покрываем недостаток комбинированным решением: что-то покупаем у других и что-то берём из прежнего запаса», - пояснил Асманн. Начиная с прошлого года, VKG покупает некоторое количество сланца и у Eesti Energia.

Вопрос в политическом решении

«Мы знаем, какова себестоимость сланца, и насколько дороже покупать у других. Мы бы предпочли производить его самостоятельно», - сказал Асманн и добавил, что если изменения на рынке электричества приведут к тому, что сланец останется неиспользованным, то, возможно, это могло бы стать поводом для пересмотра распределения квот на добычу.

«До сих пор наши предложения не находили отклика, но когда ситуация меняется, то, возможно, в какой-то момент можно вернуться к этому вопросу», - добавил он. По мнению Асманна, при всём при этом Eesti Energia ведёт себя совершенно рационально, ведь выпускать ресурс из рук было бы нелогично. Вопрос в государстве, которое теперь должно само оценить, действительно ли тот запас, который оставлен Eesti Energia для использования в будущем, найдёт применение.

Пошлины на российское электричество могут не помочь

Импорт электричества из России на биржу Nord Pool по сравнению с прош­лым годом увеличился в 1,5 раза, при этом рыночная стоимость CO2 за год выросла почти вдвое. Но даже в том случае, если квота будет распространяться и на российское электричество, велика вероятность, что оно по-прежнему будет отнимать рынок у сланцевой энергии.

«Углеродный след российского элект­ричества в три раза ниже, чем у сланцевого: при высокой стоимости квоты сланец - последнее, что попадёт на рынок, и первое, что с рынка вытеснят», - считает Тимо Татар.

Долгосрочное решение есть, а краткосрочное?

По словам Райне Пайо, долгосрочная стратегия Eesti Energia предусматривает увеличение производства возобновляемой энергии, а также совместного производства электричества и сланцевого масла. Прямую переработку сланца в электричество будут снижать постепенно.

«Концентрация на совместном производстве электричества и масла поддерживается хорошим состоянием и мощностями завода Enefit280», - сказал Пайо. «Но совместное производство масла и энергии – долгосрочное решение. Для исправления нынешней ситуации Eesti Energia сотрудничает с государством, чтобы найти решения, которые помогут сохранить для государства доходы и рабочие места в энергетике», - сказал он.

Поделиться:
Самое читаемое