«Здесь легче дышится»: латвийский изобретатель переехал в Эстонию и мечтает покорить рынок звукозаписи

Звук симфонического оркестра, который обычно обвешивают сотней микрофонов, изобретатель записывает пятью-десятью. «Если нужно вытянуть арфу или дальний угол хора – не проблема: можно добавить пару отдельных микрофонов, но не превращать сцену в фабрику по распутыванию проводов», – говорит он.

Первые демо Раймонд провел несколько лет назад с Латвийским национальным симфоническим оркестром – Густав Малер, Третья симфония. Пара капризов техники – и получилась запись, за которую ему до сих пор не стыдно. Даже скептики остались довольны, что редкость для публики, которая обычно слышит даже скрип стула в дальнем конце зала. Аппаратура стояла так, что не мешала ни камерам, ни самим музыкантам.

Записывать можно любой звук – не только классику. Когда-то главной проблемой были барабаны: они перегружали рупор. Сейчас этот грохот удалось усмирить – по словам изобретателя, теперь можно спокойно писать и фейерверк, и рок-концерт.

Можно ли использовать рупорный микрофон, например, для двадцатитысячного хора на Певческом поле? Раймонд философствует: «А стоит ли озвучивать большой хор?» Зато если на сцене тихий каннель или хрупкая арфа, микрофон вытянет звук без проблем, сэкономив звукооператору массу времени и нервов.

Но рынок еще надо убедить, что этот «граммофон наоборот» способен заменить сто привычных «неуманнов» и «шуров». В этом бизнесе имя бренда значит все или почти все, объясняет предприниматель.

По данным Grand View Research, объем рынка микрофонов в мире в 2024 году оценивался в $7,2 млрд и к 2030 году превысит $9,9 млрд. На студии, концертные площадки, телевидение приходится около трети. Если Acoustic Power Lab займет хотя бы пару процентов профессионального сегмента – это уже десятки миллионов евро в год.

«Индустрия работает давно и отлаженно: студии и филармонии закупают микрофоны десятками, сцена превращается в лес стоек, а звукорежиссеры неделями сводят дорожки. На этом зарабатывают не только производители, но и целая армия инженеров, чья работа – разруливать этот кабельный хаос», – поясняет изобретатель.

Скурулс считает, что его разработка может кардинально изменить систему. «Рупор» срезает издержки сразу на трех уровнях: меньше стоек и проводов, меньше самих микрофонов, меньше человеко-часов. Для оркестра – пять головок вместо сотни. Для студии – никаких «подвиньте микрофон поближе к исполнителю». «Ставим там, где сидит публика, и пишем», – поясняет он.