Кристьян Калам: стоит реально передать власть в руки народа

«Персональное государство» стало ругательным термином и объектом насмешек. А что, если подойти к делу иначе и взглянуть на личное участие в государственных делах под новым углом? Не говорить о «персональном» в том смысле, что каждый человек получает поддержку в той степени, в которой он лично нуждается, а в том, что каждый человек вносит вклад в управление государством.

Посмотрим на крупнейший муниципалитет нашей страны, где на «народный» бюджет планируется выделить миллион евро. При этом все доходы в столице составляют более 1,06 млрд евро. Таким образом таллиннцы смогут сами распределить 0,09% бюджета. В городе Тарту процент распределяемых жителями денег составляет 0,07%.

Затем я случайно бросил взгляд на бюджет Сааремаа. Оказалось, что там жители последний раз напрямую участвовали в распределении бюджетных средств в 2021 году, а после «народные бюджеты» вовсе отменили!

В итоге даже средний показатель в 0,16% распределяемых жителями напрямую средств может показаться относительно высоким уровнем вовлеченности. Но это смехотворно мало. Это все равно, что на 10 000 топ-менеджеров нанять 16 женщин и кричать: «Мы движемся к гендерному равенству!» В качестве реального показателя инклюзивности можно потребовать для начала, например, 25%.

Из отсутствия вовлеченности в принятие решений рождается цинизм. Люди не знают, откуда берутся в казне деньги и куда они уходят. Таким образом, тоже очень удобно рассуждать о том, как было бы «правильно» поделить деньги, при этом говоря: «Ну, все равно от меня ничего не зависит».

Мы дадим людям право решать, и они осознают ответственность. Не слишком ли дорого просвещать людей таким образом, спросите вы? Конечно, первые шаги доставят неудобства. Любая новая инициатива и преобразование общества стоят больших денег, но это цена, которую мы платим за развитие.

В этом месте стоит процитировать Яака Вило: «Образование стоит дорого? Попробуйте тогда невежество!» Когда человек начинает понимать, как устроено наше общество и государство, он становится мудрее сам, а заодно более понимающим по отношению к ближнему.

Поляризация – одна из самых больших проблем последнего времени – будет преодолена, заменена доверием или, по крайней мере, пониманием, потому что людям необходимо объединиться и работать вместе. Многие политики в кулуарах признают, что на самом деле их политический «оппонент» – это совершенно нормальный человек, но готовы говорить об этом только за закрытыми дверями. Перед камерами надо устроить шоу, перевернуть все с ног на голову. Но вовлеченный гражданин сможет и должен чувствовать, что избиратель другой политической силы на самом деле тоже является вполне нормальным человеком. По-настоящему народный бюджет сделал бы это возможным.

Об очевидных выгодах прямого распределения средств, пожалуй, можно и не говорить, но вкратце: при высокой степени реальной вовлеченности проворачивать коррупционные аферы становится гораздо сложнее, а прозрачность бюджета возрастает. На смену эгоизму приходит солидарность, а желание платить налоги увеличивается в разы, если деньги от них расходуются при участии граждан.

Люди не глупы. Люди такие, как вы о них думаете. Отнеситесь к человеку как к ответственному гражданину, и он станет ответственным гражданином.

Наконец, еще раз повторю, забудьте о возражении: «У нас уже есть народные бюджеты!», потому что у нас их нет. Вовлеченность в принятие решений о 0-0,2% – это не вовлеченность. Давайте попробуем начать с 25% и посмотрим, что будет дальше.