Внимание! Эта статья была опубликована более 5 лет назад и относится к цифровому архиву издания. Издание не обновляет архивированное содержание, поэтому, возможно, вам стоит ознакомиться с более свежими источниками.

    Рэкет в белых перчатках

    С вымогательством путём угроз и шантажа, которое именуют ещё рэкетом, традиционно связывают начало и середину 90-х годов. Однако метод жив и сегодня. Только те, кто используют его, надели белые перчатки и вооружились звучными юридическими формулировками.

    Между фирмой А и фирмой В (названия их известны редакции) существовали хозяйственные отношения, которые в один прекрасный день завершились. Партнёры разошлись без претензий друг к другу.
    Прошло полгода, и фирма А получила письмо из инкассо-фирмы Creditreform Eesti OU, через которую фирма В требовала оплатить счета на общую сумму в несколько сотен тысяч крон.
    Обескураженная владелица фирмы А обратилась к юристу. “Изучив вопрос, мы пришли к выводу, что требуемые деньги не могут отражать реальную хозяйственную деятельность, которую вели партнёры, - говорит юрист Александр Кустов. - Клиент инкассо-фирмы, как мне кажется, проявил элементарную недобросовестность, предоставив не все материалы, касающиеся бизнес-отношений с партнёром”.
    Юрист уведомил инкассо-фирму о своих выводах: задолженности перед бывшим партнёром у фирмы А нет: “При этом мы предупредили, что, если инкассо-фирма реализует свою угрозу и разместит информацию о долге на сайте Krediidiinfo AS, мы обратимся в суд, чтобы защитить честь и достоинство нашего клиента”.
    По словам Кустова, после этого из инкассо-фирмы позвонили и вновь заявили, что надо платить. Только размер долга теперь уменьшился наполовину.
    “Столкнувшись с юридически обоснованной и твёрдой позицией юриста, инкассо-фирма потеряла к нам интерес. В конце концов, с нами связался сам заказчик этой работы и сообщил, что инкассо-фирма отказалась выполнять его поручение по взысканию долга”, - рассказывает Кустов.
    Угрозы как “форма воздействия”
    Меж тем исполнительный директор Creditreform Eesti OU Реймо Томингас дал понять, что точка в этой истории не поставлена.
    “У нас есть исходные документы - два счёта. Основной долг составляет 80 тысяч крон. Плюс наши комиссионные и пени. В отношении должника ничего окончательно не решено. Фирма А обязана ответить на наше последнее письмо. Узнаем её позицию, наш юридический отдел проанализирует, насколько она правомочна, и мы доведём её до сведения кредитора - нашего клиента. Если он не проявит интереса к дальнейшему сотрудничеству, мы расторгнем договор с ним”, - сказал Томингас.
    Томингас подчёркнул, что у должника всегда есть возможность представить инкассо-фирме свои пояснения и претензию: “Должник обязан дать о себе знать и общаться с Creditreform, чтобы вместе найти решение”.
    На вопрос, какой закон обязывает должника общаться с инкассо-фирмой и писать претензии, Томингас ответил, что такого закона нет.
    Тем не менее если должник написал претензию, утверждает Томингас, то его данные в Krediidiinfo не передают, если только речь не идёт о злонамеренной тактике затягивания. Кто определяет, что она злонамеренная? Правильно, инкассо-фирма. А что если исходные документы - в нашем случае счета - подделаны или по ним уже давно рассчитались? “Это и проясняется в переписке с должником”, - говорит Томингас.
    Получается, что должнику, даже если он себя таковым не считает, надлежит строчить претензии, да ещё под аккомпанемент обещаний инкассо-фирмы в случае неуплаты обнародовать его данные в регистре задолженностей Krediidiinfo. А то, что Credit shy;reform Eesti грозилась пригвоздить фирму А к позорному столбу, Томингас не скрывает: “Это такая форма воздействия. Физически мы нигде ни на кого не воздействуем, но писать о последствиях в случае неуплаты имеем право”.
    Внесудебная мера - Регистр задолженностей
    Кроме Creditreform Eesti OU, мы пообщались с инкассо-фирмами Intrum Justitia AS, CKE Inkasso OU, OU Volaabi и Julianus Inkasso OU.
    Работники всех рассказывают примерно одно и то же: что начинается всё с исход shy;ных документов, доказываю shy;щих наличие долга, что клиент, он же кредитор, отвечает за достоверность представленной инкассо-фирме информации, что пытаются договориться с должником во внесудебном порядке, а если не выходит, требуют долг через суд.
    “К должникам, которые добровольно не отдают долги и не желают сотрудничать, по мере необходимости применяем внесудебные меры воздействия - Регистр задолженностей, опубликование списка должников в прессе”, - признаётся руководитель производства по делам Julianus Inkasso Ивар Камарик.
    Инкассо-фирма Intrum Justitia не передаёт Krediidiinfo имя должника, вовремя представившего письменную претензию или в предусмотренном законом порядке оспорившего требование.
    “Передача данных происходит всегда по договорённости с нашим клиентом и на основании установленных Krediidiinfo требований к введению информации”, - объясняет исполнительный директор фирмы Ивар Таммемяэ.
    Как говорит член правления CKE Inkasso Рауль Рейнсалу, данные должника передаются для обнародования, когда долг не вызывает сомнений, и когда должник не соблюдает достигнутых позже соглашений.
    По словам юриста Volaabi Марта Кууска, информация о должнике уходит в Kredii shy;diinfo лишь в крайнем случае: “Если мы находим, что имеем дело с мошенником, и об этом должны знать другие, и, разумеется, если мы вправе обнародовать его данные”.
    “Со всеми предприятиями, которые передают информацию в Регистр задолженностей, у Krediidiinfo подписан договор, - рассказывает заместитель директора Krediidiinfo Алар Ягер. -
    В нём поставщик информации декларирует, что представляемые им сведения правдивы, проверены и не оспариваются. Krediidiinfo предварительно не проверяет содержание требования, но, имеется механизм рассмотрения претензий, то есть должник может ходатайствовать о приостановлении обнародования спорного требования до окончания спора”.
    Иными словами, если наличие долга оспаривается, у инкассо-фирм нет никакого права пугать должников обнародованием их данных через Krediidiinfo.
    Оказание инкассо-услуг доступно любому
    Узнать, сколько инкассо-фирм действует в нашей стране, непросто.
    “Мы, к сожалению, не собираем такие данные, - говорит пресс-секретарь Министерства юстиции Март Сийливаск. - Более точный ответ может дать Министерство экономики и коммуникаций”.
    Не тут-то было. Из упомянутого министерства нас направили в Министерство финансов, где исполняющая обязанности заведующей отделом коммуникации Кристи Йыэсаар тоже заявила: “Такой статистики у нас, увы, нет”. И посоветовала обратиться в Министерство юстиции. Круг замкнулся.
    Март Сийливаск объяснил нам, что постоянный надзор за деятельностью инкассо-фирм не ведёт ни одно государственное учреждение, а заняться взысканием долгов может любой: “Закон не требует, чтобы предприниматель, желающий оказывать услуги по взысканию долгов, был обязан ходатайствовать о каком-либо разрешении, лицензии. Специального закона, регулирующего деятельность инкассо-фирм, в Эстонии также нет. На их действия оказывают влияние правовые нормы, имеющие отношение к делу, например, некоторые статьи Закона об обязательственном праве. Нельзя не упомянуть главу 9 Закона об Общей части Гражданского кодекса ЭР, которая регулирует способы осуществления гражданских прав. Права можно осуществлять лишь добросовестно, это относится и к взысканию долгов. Какое взыскание недобросовестно, должен установить суд. Если какая-либо инкассо-фирма нарушила обязательство действовать добросовестно, то у лица, понесшего урон, есть возможность требовать компенсации”.
    По неполным данным Министерства юстиции, за минувшие два года в судах “засветилось” 11 исков, в которых так или иначе фигурируют инкассо-фирмы. Но нам посчастливилось отыскать лишь одно завершённое дело, когда истец требовал от инкассо-фирмы прекратить обнародование порочащей его имя лживой информации, исключения из Регистра задолженностей и компенсации за неимущественный ущерб. Да и то это дело закончилось отказом от искового заявления.
    Лучше сразу бежать к опытному юристу
    “Существует два способа легального и правомерного взыскания долгов, - просветил нас юрист Александр Кустов. - Первый - путём переговоров и достижения компромиссного соглашения, второй - судебный. Все остальные, в том числе запугивание и психологическое давление, ничего общего с правовыми формами разрешения ситуации не имеют. Это, если хотите, современная форма рэкета - когда одна из сторон считает, что имеет безоговорочное право требовать и реализует это право таким образом. Мне приходилось неоднократно убеждаться, что методы работы у разных инкассо-фирм практически одинаковые. Это не означает, что они всегда незаконные, но свидетельствует о том, что порой единственная задача этих фирм - получение задолженностей - налагает на их действия определённый отпечаток”.
    Достижение компромисса - процесс длительный и достаточно сложный, считает Кустов. Сумеет ли посредник в виде инкассо-фирмы найти вариант, подходящий обеим сторонам, это вопрос. А появление случайных людей на этом рынке, отсутствие практического юридического опыта уж точно не приводят к положительному результату.
    Сомнения его небезосновательны. По данным Реймо Томингаса из Creditre shy;form Eesti, из их 15 штатных сотрудников только трое -юристы, фирма также постоянно сотрудничает с четырьмя юристами “на стороне”. Ивар Таммемяэ из Intrum Justitia, говорит, что высшее юридическое образование имеется у 8 работников из 33. В CKE Inkasso и в Julianus Inkasso эти цифры составляют соответственно 2 - из 4 и 8-9 - из 31.
    В ситуации не однозначного долга, оказавшись один на один с инкассо-фирмами и их методами, многие предпочитают не спорить и заплатить порой немалые суммы, которые в итоге им выставляют.
    “Тем не менее если кто-то предъявляет вам требование через инкассо-фирму или она сама делает это, то главное правило - не вступать с нею в диалог, - рекомендует Кустов. - Потому что это, как с той цыганкой, что предлагает погадать. В результате всё равно останетесь без денег. Лучше сразу обращаться за помощью к юристу”.
  • Самое читаемое
Эльконд Либман: «Отечество» целится в реформистов и подмигивает EKRE
Слова и дела политиков рисуют нам картину состава одной из возможных правящих коалиций. И эта картина совпадает с той, что давно уже набрасывали прогнозисты, пишет политический обозреватель ДВ Эльконд Либман.
Слова и дела политиков рисуют нам картину состава одной из возможных правящих коалиций. И эта картина совпадает с той, что давно уже набрасывали прогнозисты, пишет политический обозреватель ДВ Эльконд Либман.
В США самая низкая безработица за 53 года
Вышли свежие нонфармы: в США за январь было создано 517 000 новых рабочих мест. Это в 2,75 раза больше, чем ожидали аналитики.
Вышли свежие нонфармы: в США за январь было создано 517 000 новых рабочих мест. Это в 2,75 раза больше, чем ожидали аналитики.
Экономист: нельзя заключать энергетические соглашения со странами, политических взглядов которых мы не разделяем
По мнению главного экономиста Luminor Ленно Уускюла, освободившись от энергетической зависимости от России, Европа должна избегать заключения новых масштабных и долгосрочных энергетических соглашений со странами, с которыми мы не разделяем политических взглядов. В противном случае это означает замену одной опасной зависимости другой.
По мнению главного экономиста Luminor Ленно Уускюла, освободившись от энергетической зависимости от России, Европа должна избегать заключения новых масштабных и долгосрочных энергетических соглашений со странами, с которыми мы не разделяем политических взглядов. В противном случае это означает замену одной опасной зависимости другой.
Владимир Либман: шестым чувством зафиксировал цену на электричество. Не верю в биржу
Владелец крупнейшего в Эстонии производителя щебня Владимир Либман управляет своим предприятием 37 лет и уже знает, при каких условиях отойдет от дел. О том, как идут дела в его бизнесе, о положении дел на рынке стройматериалов Эстонии, а также том, что в нашей стране не так с электричеством, Либман рассказал в эксклюзивном интервью ДВ.
Владелец крупнейшего в Эстонии производителя щебня Владимир Либман управляет своим предприятием 37 лет и уже знает, при каких условиях отойдет от дел. О том, как идут дела в его бизнесе, о положении дел на рынке стройматериалов Эстонии, а также том, что в нашей стране не так с электричеством, Либман рассказал в эксклюзивном интервью ДВ.