Русский бунт

Исследования прежних лет показывают прямую зависимость между недовольством государством и экономическими показателями, и потому разразившийся кризис лишь подстегнет недоверие русских к правительству.

Ведь экономический рост начала века не внес существенных изменений в распределении рисков и возможностей. Безработица среди эстонцев снижалась намного быстрее, чем среди русских: если в 2001 году уровень безработных русских был в 1,6 раза выше, то через пять лет - уже в 2,4 раза. Даже при наличии гражданства и хорошем владении государственным языком у молодых неэстонцев в 1,61 раза меньше возможностей подняться на самый верх служебной лестницы.

Гражданство и язык – эти факторы снижают риск потери работы, но не ставят неэстонцев в один ряд с эстонцами. Между тем ожидания у молодых русскоязычных граждан ЭР с перфектным государственным языком и хорошим образованием – ничуть не ниже, чем у их эстонских сверстников. Но для этого им нужно прилагать намного больше усилий, чем титульным.

«В общем можно сказать, что появлением на арене более молодых поколений национальный разрыв в Эстонии меньше не станет», - говорится в отчете.

Вполне оправданные высокие амбиции, не соответствующие возможностям, ощущение дискриминации, особенно в сравнении со сверстниками в других странах Европы, вполне реально, предупреждает отчет, может создать в Эстонии т.н. «проблему третьего поколения»: молодежь почувствует себя обманутой и отверженной, и на этой почве начнет развиваться протестное самосознание.

Autor: dv.ee Istsenko Olga