Высокая цена госбюджета

И это хорошо. Другое дело, хорош ли сам госбюджет. Да, хорош, утверждает правящая коалиция и приводит свои аргументы, с частью из которых следует, безусловно, согласиться. Уже то, что по сравнению с исходным госбюджетом 2009 года он в доходной части меньше примерно на 12 млрд. крон, свидетельствует о серьёзной заявке жить по возможностям, а также о том, что, возможно, депутатам не придётся сразу после Нового года приступать к его усекновению.

Госбюджет свёрстан с дефицитом в 5,2 млрд. крон, т.е. меньше 3% от ВВП, и по этому показателю он - один из лучших в ЕС. Государственное долговое бремя у нас тоже одно из наименьших в Европе. И это – явные достоинства.

Вопрос, однако, не только в достоинствах госбюджета как такового, но и в том, какую цену за них пришлось заплатить. Именно на это в основном и указывали представители оппозиции, нажавшей красные кнопки.

Цена бюджета сложилась из двух, хотя и взаимосвязанных, составляющих – из того, во что обошлось стремление правящей коалиции непременно уложиться в те самые 3% дефицита, чтобы выполнить проверочный тест на европригодность, а также из того, что коалиция меньшинства заплатила Партии зелёных за поддержку. И то и другое обернулось ростом налогов и акцизных сборов. Зелёные, правда, утверждают, что их налоги имеют целью не бюджетные дыры латать, а нашу с вами среду обитания защищать и представляют собой элементы жизненно необходимой экологической налоговой реформы. Не станем с ними спорить, наверняка все их проекты и программы важны и полезны сами по себе.

Но вот цена их голосов составила, по разным подсчётам, от пары десятков миллионов до 120 млн. крон (в зависимости от того, включать или не включать сюда 86 млн. крон, которые переносятся из нынешнего бюджета). И это притом, что спасателям, чтобы вообще избежать увольнений, не хватило 8 (восьми!) миллионов крон.

Чрезмерность цены, которую предстоит заплатить народу, и отмечали оппозиционные политики, объясняя, почему они не будут голосовать за этот госбюджет. И если центристы просто уверены, что они, будучи у власти, смогли бы сверстать значительно более сбалансированный и удачный бюджет, то социал-демократы полагают, что прими парламент их поправки, того же самого, неплохого, по сути, результата можно было бы добиться меньшей кровью. Главное их предложение заключалось в том, чтобы, не трогая НСО, поднять ставку подоходного налога.

Высокая цена госбюджета, включая и цену, за которую удалось склонить на свою сторону зелёных (которые, впрочем, были к этому полностью готовы), вызвана всё же не столько тяжёлым экономическим положением страны и необходимостью приложить все усилия, дабы вытащить её из кризиса, сколько сияющей вершиной евро, которую правительство непременно намерено взять.

Вот эта назойливо откровенная привязка бюджета к одной лишь данной задаче и смущает больше всего. И вовсе даже не потому, что цель вовсе уж не оправдывает средства, а потому, что все эти средства могут и не привести к цели.

Аналитики Danske Bank, например, всегда, правда, отличавшиеся изрядным скептицизмом, полагают, что Европейский центробанк, у которого полон рот хлопот со странами зоны евро, совсем не заинтересован сейчас в её расширении и пойдёт на многое, чтобы его не допустить. И даже если Эстония выполнит все жёсткие нормы, найдётся достаточно т.н. мягких критериев, которые ей предъявят.

И тогда нам, придавленным заплаченной ценой, останется утешаться тем, что бюджет наш и впрямь лучший в Европе.