Как спасти спасателей?

Суть исходящей от МВД и анализируемой сейчас в Спасательном департаменте идеи состоит в том, чтобы ликвидировать команды там, где численность населения обслуживаемой ими зоны менее 5000 человек.

Выполняемые профессиональными командами задачи предполагается возложить на добровольные пожарные (а именно тушение пожаров – их основная функция) дружины. ДВ, писавшие об этом в прошлом номере, понимают трудности государства, связанные с нехваткой средств, и согласны с тем, что нужно найти оптимальное решение, но категорически не согласны с намерением резать, если резать необходимо, не там, где надо. Более чем странной представляется и мысль о добровольных дружинах. Это вовсе не новое, а хорошо забытое старое слово.

Кто бывал в таллиннском музее пожарного дела, тот видел фотографии бравых усатых пожарных-добровольцев в сверкающих медью касках и гордо выпячивающих грудь брандмайоров. Однако же и средства пожаротушения тогда были иными – топор, багор, ведро и в лучшем случае насос на конной тяге. Ещё звонкий колокол.

Для того чтобы обучить работе с сегодняшней техникой, нужно много времени и, кстати, денег, что никаким усердием и энтузиазмом добровольцев не заменить. Как организовать это обучение и само пожаротушение без отрыва от производства? Да и согласятся ли работодатели отпускать своих работников на добровольные пожарные дежурства? Не запретишь же приказом министра пожары в рабочее время.

Остаются неработающие пенсионеры и безработные. Первые, конечно, могут быть и молодцами, но бегать и таскать им тяжеловато, а вторые так или иначе денег потребуют. Так что абсурд. С не меньшей продуктивностью можно говорить о переходе на добровольные начала в любой другой сфере. И хотя волонтёрство ширится по всему миру, добровольцы могут помочь профессионалам, но никак не заменить их. Возможно, мы немного утрируем, но только совсем немного.

Проблема нехватки средств и недоукомплектованности команд, однако, существует, и её как-то надо решать. На первый взгляд было бы действительно логично увеличить зоны обслуживания команд, полноценно укомплектовав их за счёт ликвидируемых. Но тут есть свои пределы. Если команде придётся добираться до места пожара полчаса, то можно и не выезжать, разве что для констатации того, что всё сгорело. Уж лучше пускай за пару минут примчатся хоть два пожарных и начнут работать, а там подтянутся другие, если надо.

Между тем взгляд на штатные расписания МВД и Спасательного департамента с указанием должностных окладов замечательно подсказывает, где можно было бы резать без ущерба для народонаселения. При громких причитаниях о нехватке денег на пожарных в Спасательном департаменте есть административное бюро, в котором работает 15 человек, и отдельно – бюро по персоналу и делопроизводству, где трудится 12 человек, а в бюро по связям с общественностью семеро бьются над тем, с чем вполне справился бы один толковый пресс-секретарь. Ну, два на всякий случай. И все они совсем неплохо зарабатывают. Во всяком случае, больше пожарных-спасателей, в т.ч. командиров отделений.

Партия реформ и IRL шли к власти (каждый раз!) под лозунгом уменьшения бюрократии. Но старая истина гласит, что любая кампания по сокращению бюрократического аппарата неизбежно приводит к его росту. Количество неких советников с непонятными функциями, что в правительственных учреждениях, что в местных самоуправлениях, возглавляемых любыми партиями, вызывает изумление. В МВД их 18 человек, входящих в руководство министерства и получивших в ­2010 году зарплату на круг почти 4 млн. крон. Страна советов! Вот где резервы. Но, увы, как раз на институт советников партии покушаться и не будут – ведь это способ трудоустройства «своих».

 

Autor: dv. ее