Как таллиннский политик и неграмотный трактирщик из Вирумаа решали из чего строить Эстонию

Несмотря на очередной кризис, полностью завод не закрылся. Его накачивали собственными деньгами Тынсон и еще один член правления – Карл Кадак. В обмен на инвестиции они получали доли предприятия, на первый взгляд не стоившие ничего. К 1928 году в руках Кадака и его семьи был уже контрольный пакет. Инвестор сменил всех членов правления кроме Тынсона, сохранившего пост технического директора, и железной рукой повел завод новым курсом.

Чтобы понять, что произошло, нужно сказать несколько слов о личности Карла Кадака, деревенского мастера слияний и поглощений, одного из первых эстонцев-крупных бизнесменов. Кадак родился в бедняцкой семье в Тартумаа в 1859 году. Для сравнения Яак Йохан Пухк, основатель торгового дома Пухков, который считается первопроходцем эстонского бизнеса, появился на свет на семь лет позже, когда Кадак, мальчик-пастушонок, уже проворачивал первые сделки. По воспоминаниям односельчан, вместо того, чтобы пасти скот, Карл нанимал для этого других мальчиков за щепотку табаку, а сам играл на завалинке в карты с деревенскими стариками и всегда выигрывал. Он за копейки скупал у других детей лесную землянику, а потом дорого продавал ее мызным управляющим. Уже к подростковому возрасту Кадак был существенно богаче родителей.

Когда Карлу едва исполнилось 20, он сумел выкупить право аренды корчмы около церкви прихода Симуна, в современном Ляэне-Вирумаа, который в то время как раз капитально перестраивали. «Работали в основном русские рабочие, приехавшие из Муствеэ, которые были склонны к пьянству. Всю зарплату, что они получали, они тут же несли трактирщику Кадаку. У некоторых не оставалось даже денег, чтобы уехать домой. Тогда хитрый трактирщик соглашался дать им взаймы», – пишет биограф предпринимателя Айме Киннеп в книге «Karl Kadak. Karjapoisist lubjakuningaks».

К началу ХХ века Кадак стал одним из самых успешных, но одновременно непубличных людей страны. Живя в деревне, он кредитовал немецких помещиков и эстонских крестьян, скупал леса, недвижимость и карьеры. Безжалостно требовал обязательства по векселям, а в долг давал только по первичным закладным – чтобы другие кредиторы не путались под ногами. Как ни странно, за 82 года жизни, из которых больше 70 были посвящены бизнесу, Карл Кадак так и не научился писать и читать, зато отменно считал в уме.

Но назревавшая «битва за силикат» так и не состоялась. Завод Kvarts заработал в мае 1939 года, модернизация фабрики Silikaat так и не стартовала. С оккупацией Эстонии Советским Союзом в 1940 году оба предприятия были национализированы и вскоре объединены под общим управлением, работая теперь как два филиала одной государственной структуры.

Карл Кадак скончался в сентябре 1940-го, успев узнать, что весь его бизнес пошел прахом. Директор Бруно Кадак умер от рака 5 июня 1941 года, за несколько дней до запланированного ареста органами НКВД. Оскар Амберг эмигрировал из Эстонии в Германию, в 1945-1946 годах он заведовал реорганизацией Эстонского Красного креста для помощи беженцам, участвовал в деятельности эстонских организаций в изгнании. Скончался основатель национальной силикатной промышленности в Гамбурге в 1963 году.