Не с того конца зашли

Вовсю идёт поиск будущего главного редактора, на соответствующий конкурс подано два десятка заявлений. Известная журналистка на портале Delfi привычно жалуется, что в жюри конкурса присутствуют одни лишь эстонцы, которые «опять станут решать за нас». Не стихают споры о том, как и чем новый телеканал будет привлекать зрителей, отвлекая его от российской пропаганды. Задача предельно ясна: надо сделать так, чтобы русскоязычные жители страны разделяли точку зрения, транслируемую Эстонией, ну и ЕС, а не Россией. А как? Собственной пропагандой? Но почти все, за малым, быть может, исключением, понимают, что это тупиковый путь. Пропагандистское сооружение может, конечно, проскрипеть достаточно долго, поглощая почём зря деньги, однако в конце концов и до самых отчаянных энтузиастов дойдёт, что эта затея к заявленной цели не продвигает ни на шаг. Скорее, наоборот. Немногим продуктивнее и голубая мечта о создании такого контента, который заставит зрителя позабыть о кнопках, включающих российские телеканалы – на подобное состязание с соседней державой не хватит ни средств, ни других ресурсов. Ведь львиную долю зрительского внимания привлекают любимые сериалы, бесконечные шоу и передачи о вкусной и здоровой пище, а политика – уж заодно.

Впрочем, обо всём этом говорилось и писалось не раз и не два. Против телевещания на русском языке как такового нет возражений – потому хотя бы, что общественно-правовой телеканал, если подходить к нему не в том контексте, в котором идея его создания сейчас муссируется, мог бы стать знаком уважения, выраженным без малого трети населения страны.

Давно пора признать очевидное: не с того конца зашли. Тут ведь как в старом анекдоте про то, что поменять в публичном доме, чтобы пошёл клиент. Ведь если перестать палками загонять упомянутую треть в придуманную политиками общественную модель, которую они считают «интеграционной», если не придумывать для школ нежизнеспособные схемы и лукавые проценты, заставляющие их врать во спасение, если не врать самим, что это, мол, исключительно во благо, если не подсчитывать скрупулёзно количество буковок кириллицей на вывесках и не напоминать по любому поводу, какой язык у нас государственный, если относиться всё к той же трети не как к объекту всевозможных экзерсисов, а всегда и везде как к равному субъекту общества, то больше никаких особых, пропагандистских, контрпропагандистских и прочих усилий к тому, чтобы достичь цели, заключающейся не в тоскливом единомыслии, а в общественном согласии и мире, предпринимать и не надо. Будет вам вожделенная лояльность, но – сознательная. Российская пропаганда никуда, конечно, не денется, но столь питательной, как ныне, среды для её размножения уже не будет.