Еще раз о слежке со стороны НТД

В центре полемики оказался также канцлер юстиции. Выраженная им в январском письме министрам юстиции, финансов и внутренних дел точка зрения в части розыскной компетенции НТД вызвала у общественности разные мнения, в числе прочего неверное представление о том, что канцлер права пытается выторговать для НТД дополнительные права для осуществления розыскной деятельности. Ниже я разъясню цель письма и аргументы, опираясь на которые я посоветовал министрам взвесить изменение розыскной компетенции НТД.

В первую очередь хотелось бы отметить, что розыскную деятельность НТД имеет право осуществлять только в рамках уголовного производства, при расследовании серьёзных преступлений. Таким образом, НТД ни сейчас, ни в будущем не будет иметь права осуществления розыскных действий в ходе налогового производства, в которое входит также упомянутый случай проверки целевого использования служебных автомобилей.

То есть, другими словами, людям, которые не совершали преступления и не планируют его совершить, нечего бояться, что НТД будет проводить в их отношении розыскную деятельность.

Одной из целей деятельности канцлера юстиции является поиск баланса между оправданной розыскной деятельностью и защищаемыми ею ценностями (говоря о НТД, такими ценностями является, несомненно, защита общества от незаконной экономической деятельности, в том числе предотвращение контрабандных перевозок) и основными правами отдельных лиц, которые нарушаются в ходе розыскной деятельности.

Исходя из Основного закона, для того чтобы судья, выдавая разрешение на осуществление розыскной деятельности, более всего нарушающей основные права человека, смог взвесить пропорциональность этих действий, ему необходимо предоставить объяснения, почему невозможно или намного сложнее получить данные другим путём и перевешивают ли характер и тяжесть преступления основные права человека.

В ходе контрольного рейда я убедился в том, что НТД ходатайствует об осуществлении скрытого просмотра почтовых отправлений, скрытого прослушивания и просматривания информации, а также имитации преступления только в рамках уголовных дел, связанных с налоговым мошенничеством в крупных размерах и обнаружением контрабанды (наркотиков).

И в завершение. Передача Налогово-таможенному департаменту права на самостоятельное осуществление вышеуказанных розыскных действий не окажет непосредственного влияния на основные права человека.

По сути, для человека нет разницы, чиновник какой организации, например, скрыто просматривает его почтовые отправления.

Зато, по моей оценке, это улучшило бы ситуацию с точки зрения защиты основных прав: возникла бы конкретная ответственность, уменьшились бы риски ненадлежащего использования деликатной розыскной информации и пр. Именно этого, а не какой-либо иной цели я добивался своей рекомендацией.

Индрек Тедер,

канцлер юстиции