Фото: Лийз Трейманн, Андрас Кралла, Частный архив

«Дом там, где твоё дело». Истории иммигрантов, которые построили бизнес в Эстонии

ДВ записали истории малых и средних предпринимателей-иммигрантов, для которых Эстония стала не только домом, но и местом, где они построили бизнес.

В 2019 году в Эстонии было выдано почти 6000 первичных видов на жительство (из них свыше 2200 - трудовым мигрантам, 1330 - на учёбу, 2272 - по семейным причинам). За пять лет общее количество выданных первичных видов на жительство увеличилось на 70% - об этом говорится в обзоре миграционной статистики, подготовленном Министерством внутренних дел.
Среди граждан третьих стран, выбравших Эстонию своим постоянным местом жительства, есть и те, кто решил начать здесь собственный бизнес - именно так поступили герои нашего опроса.
Попали они сюда по разным причинам: кто-то по любви (да-да, именно так!), кто-то - по семейным обстоятельствам, а кто-то целенаправленно хотел зарегистрировать компанию именно в Эстонии.
Как живётся в Эстонии предпринимателям-иммигрантам? С чем сталкиваются в бизнесе и повседневной жизни? Чего чисто по-человечески им здесь не хватает?

Встретил любовь всей своей жизни

Игорь Ткаченко, основатель стоматологической клиники Meerhof
Приехал в 2012 году из России
Игорь ТкаченкоФото: Liis Treimann
Моя история столь же красива, сколь прозаична. Ещё в 2011 году я жил в России и не думал об Эстонии, даже не рассматривал её в качестве туристического варианта.
Но так случилось, что я встретил любовь всей свой жизни - и она оказалась родом из Эстонии.
В начале 2012 года со спортивной сумкой за плечами я переехал в Эстонию, чтобы фактически начать свою жизнь заново. На тот момент у меня было хорошее медицинское образование (стоматолог-имплантолог) и некоторый опыт работы. Как сказал один из моих первых здешних работодателей, «я понимаю, что ты молод и ещё многого не умеешь, но я вижу огонь в твоих глазах - и это самое важное».
Прошло несколько лет работы в разных клиниках, прежде чем я задумался о создании собственной компании.
Начинали с маленького кабинета
Мы основали стоматологическую клинику Meerhof вчетвером с коллегами, они также являются совладельцами компании. Начинали с маленького арендованного кабинета возле «Стокманна». Через какое-то время купили пустое помещение в строящемся доме неподалеку от Певческого поля и постепенно начали обустраивать его.
Специально выбирали интересные и необычные детали декора: стены у нас, например, отделаны стабилизированным мхом. Это создаёт у пациентов умиротворяющее настроение, ощущение близости к природе.

Стала ли для меня Эстония домом? Да, безусловно. Я по-прежнему регулярно бываю в России - там у меня живут родители, родственники и друзья, но к ним я приезжаю в гости.

Сегодня наша клиника располагается на двух этажах офисного здания и уже представляет собой достаточно серьёзную структуру - с операционным блоком, с палатой послеоперационного наблюдения, с наркозом, с учебным центром на первом этаже, который сейчас достраивается. Наша вторая сфера деятельности - организация международных учебных мероприятий для врачей-стоматологов.
Стала ли для меня Эстония домом? Да, безусловно. Я по-прежнему регулярно бываю в России - там у меня живут родители, родственники и друзья, но к ним я приезжаю в гости. А дом - там, где твоя семья и дети (четверо мальчиков!), где твоё жилище и твоё дело. И всё это у меня здесь, в Эстонии.

«Если ты не в тусовке, эстонцы к тебе не ходят»

Эстер Полина Райхштейн, Дана Скараине - основатели кошерного кафе RUBY Cafe
Приехали в 2017 году из России и Латвии
Эстер Полина Райхштейн и Дана Скараине.Фото: Частный архив
Эстер: Я родилась в Санкт-Петербурге, долго жила и работала в Москве и лишь потом, выйдя замуж, переехала в Таллинн - дело в том, что в своё время сюда перебрался мой муж. У меня израильский паспорт, муж тоже гражданин Израиля.
Дана: Я изначально из Латвии, родилась в Риге. Гражданка Латвии, училась в Нью-Йорке, 10 лет прожила в Париже. У меня был небольшой семейный бизнес в Риге, и о том, чтобы однажды пере­ехать в Таллинн, я, если честно, даже не задумывалась. Наши с Эстер мужья работают вместе, так мы познакомились.

Мы открыли под одной крышей и магазин, и кафе, но в итоге стало понятно, что магазин здесь никому не нужен.

Эстер: Вообще-то я из мира логистики - руководила отделом логистики крупной компании в России. У меня финансово-экономическое образование. То есть, ресторанным бизнесом никогда не занималась, и Дана тоже. Сели вдвоём и стали думать, каким бизнесом бы мы могли вместе заняться. Сразу пришло на ум кошерное кафе. Как вариант - магазин кошерных продуктов.
Кошерная еда недёшева
Эстер: Проблема в том, что в Эстонии «два с половиной» еврея, кошерные продукты дороги и не пользуются спросом. Мы открыли под одной крышей и магазин, и кафе, но в итоге стало понятно, что магазин здесь никому не нужен.
Дана: Вообще-то на нашем меню нет штампа, что это именно кошерная еда. Прос­то это очень качественный продукт, который по стилю и вкусу ближе всего к американскому Deli - модному кафе для быстрого перекуса.
Те ингредиенты, которые не удалось импортировать, мы научились делать сами. На сегодня все соусы, весь хумус, который подают в нашем кафе, сделаны на нашей кухне. Это затратно в плане времени, но всё действительно home-made, приготовлено с любовью.
Просили персонал не разговаривать по-русски
Эстер: Ещё одна проблема, с которой мы столкнулись в Таллинне: огромная пропасть между эстонской и русской «тусовками». Мы изначально не хотели открывать какое-то место только для русских, пытались создать некий универсальный международный продукт. Но оказалось, что если ты не в «тусовке», то эстонцы к тебе не ходят.
Одно время мы не знали, как с этим бороться, даже просили персонал не разговаривать при клиентах по-русски. Это сложно до сих пор - даже с учётом того, что мы уже знаем в этом городе многих.
Сейчас мы открываем большой ресторан в Porto Franco (должен был открыться ещё в прошлом году - надеемся, что это скоро всё-таки случится). Это уже будет не фастфуд, не кафе для перекуса, настоящий ресторан. И мы с Даной заранее решили, что это будет не кошер.

Продвинутый российский инжиниринг

Алексей Григоренко, основатель компании по продаже автомобильных аудиосистем SE Pluss Corp
Приехал в 2017 году из России
Алексей ГригоренкоФото: Liis Treimann
В Эстонии мы создали свою фирму для того, чтоб продвигать за пределами России профессиональные автомобильные аудио­системы. Экспортируем продукцию бренда Pride, собранную на заводе в Казани: автомобильные динамики, сабвуферы, усилители.
Это российский продукт, российский инжиниринг, который пользуется спросом в самой России, однако за её пределами известен, в основном, продвинутым пользователям.
Почему выбор пал именно на Эстонию, а не на Латвию или Литву? Потому что она ближе всех от Питера (сам я родом из Санкт-Петербурга), для меня это важно - расстояние небольшое, очень удобно вести дела.
Получилось так: собрали вещи, приехали сюда, арендовали квартиру и склад и начали общаться с партнёрами и покупателями уже из Таллинна. Два дня - и здесь. Компанию учредили как раз перед переездом.
Крепкий средний класс
В Эстонии, в отличие от России, чувствуется крепкий средний класс, что мне очень нравится. Здесь всё адекватно - идеальный баланс цена/качество жизни.
Да, дороже чем в России, но зато дешевле, чем в Германии или во Франции. Можно без проблем найти квартиру за разумные деньги, взять в банке ипотеку и купить своё жильё, найти работу получше и зарабатывать больше, получить новую специальность, открыть свой бизнес - всё это доступно каждому.
Мы легко ассимилировались, довольно быстро обзавелись новыми знакомыми и друзьями. Даже успели здесь переболеть с женой коронавирусом.
Единственное «но» - климат, и с этим ничего, к сожалению, не поделать. Он похож на питерский, но не такой болотистый. В идеале, конечно, было бы здорово переместить Эстонию куда-нибудь поближе к Швейцарии, например. А всё остальное - общественное устройство, экономику, политику и даже прессу - можно и нужно оставить так, как есть.

«В Таллинне нет нормальных суши!»

Дмитрий Тукшер, основатель компании по пошиву мужских костюмов LGFG Fashion House
Приехал в 2015 году из Канады
Дмитрий ТукшерФото: Andras Kralla
Я переехал в Эстонию в 2015 году, с тех пор живу здесь. На сегодня у меня с Эстонией связано абсолютно всё - семья, жена, четверо детей, их школа, штаб-квартира моей компании. Так что да, чувствую себя эстонцем.
Впервые я попал в Эстонию, приехав сюда из Канады в начале 2009 года. Что меня удивило - страна оказалась совсем не такой пост-советской, как я ожидал. Технологически она в чём-то даже превосходила Канаду.
На тот момент у меня уже был свой бизнес в Канаде, поэтому учреждение компании в Эстонии напоминало, скорее, переезд из одной страны в другую. Важным для меня было то, что в Эстонии реинвестированная прибыль не облагается налогом.
Зарегистрировали собственный стартап
Я считаю, что с административной точки зрения бизнес, безусловно, лучше вести в Эстонии. Та же Канада даже рядом не стояла - там я постоянно вынужден советоваться с юристом, налоговые тонкости требуют специальных знаний и помощи профессионалов, всё очень запутано и непросто.
Мы продаём костюмы и сорочки собственного пошива по всему миру. У нас офисы в Канаде, Китае, Австралии, во многих европейских странах. Не так давно решили создать отдельный ИТ-стартап для разработки собственной маркетинговой технологии. И я не мог поверить, насколько, оказывается, легко в Эстонии зарегистрировать стартап!
Проблемы маленькой страны
Конечно, и здесь есть свои проблемы. Одна из них - кадровая. В Эстонии мало профессионалов высокой квалификации, тогда как спрос на них высок. Предприниматели вынуждены приглашать специалистов из-за рубежа, особенно если есть необходимость расширять бизнес за пределами страны.
Вторая проблема, которая напрямую связана с первой: Эстония сама по себе - очень маленький рынок. Фактически по населению это город-государство. Понятно, что возможнос­ти для роста на столь небольшом внутреннем рынке крайне ограничены.
Чего мне не хватает в Таллинне? Суши. Хороших, вкусных, качественных суши. Я люблю азиатскую еду, но в Эстонии она очень плоха. Я даже звал своих друзей из других стран: «Пожалуйста, приезжайте сюда и откройте нормальный суши-ресторан!» Но пока никто не едет. В остальном же на жизнь в Эстонии грех жаловаться.

“Эстонский язык для меня звучит как эльфийский»

Тамар Малишава, психолог
Приехала в 2011 году из Грузии
Тамар МалишаваФото: Liis Treimann
Десять лет назад мужа пригласили в Эстонию учиться в докторантуре. Мы как раз только поженились и решили - а почему бы и нет, давай попробуем, на что мы способны. Не думали, что останемся в Эстонии надолго. Но родился ребёнок, постепенно обросли друзьями, знакомыми, связями. Всё бросить и начать сначала уже не так просто. Чтобы работать психологом, здесь мне пришлось подтверждать свой диплом. Какое-то время пришлось потратить на то, чтобы создать себе с нуля имя, поскольку в Эстонии меня никто не знал.
Консультирую я, в основном, по-русски и по-английски. Интересно, что ко мне на приём записываются и эстонцы, которые хоть как-то говорят по-русски. Я пыталась первые годы учить эстонский, он намного проще грузинского. Сам язык очень интересный, для меня звучит как эльфийский. Но ни в работе, ни в общении он мне не пригождается.
Скучаю по южным посиделкам
Ещё один важнейший момент жизни - это еда. Это такой «якорь», он связан с детством, с домом, с родиной. Бывает, иногда сидишь в Таллинне и представляешь себе запах настоящего сулугуни, который готовит мама, скучаешь по южным семейным посиделкам.

За то время, пока мы живём в Эстонии, в Грузии бывали и перевороты, и революции.

Пытаюсь готовить здесь грузинские блюда, но с этим сложно - продукты не те. Конечно, поначалу пробовала привозить продукты из Грузии, но однажды на эстонской таможне у меня изъяли целый чемодан еды. Сказали: «У вас, девушка, не чемодан, а холодильник!» Я им, конечно же, пожелала приятного аппетита. Они объяснили, что у них нет права всё это съесть. Было очень обидно. После этого желание возить еду из Грузии у меня пропало.
Мало общения и солнца
В Эстонии стабильно, и это мне нравится. Мы поначалу с мужем даже удивлялись, насколько здесь мало негативных новостей. За то время, пока мы здесь живём, в Грузии бывали и перевороты, и революции. Постоянно слышишь какие-то новости, из-за которых переживаешь.
При этом меня всегда удивляло, что Эстония относится к странам с высоким уровнем суицида. Задаёшься вопросом, а почему? Здесь же, в принципе, спокойно и хорошо, чувствуешь себя защищённым. Мое личное мнение - людям просто не хватает общения и солнца.
Эльконд Либман: «Отечество» целится в реформистов и подмигивает EKRE
Слова и дела политиков рисуют нам картину состава одной из возможных правящих коалиций. И эта картина совпадает с той, что давно уже набрасывали прогнозисты, пишет политический обозреватель ДВ Эльконд Либман.
Слова и дела политиков рисуют нам картину состава одной из возможных правящих коалиций. И эта картина совпадает с той, что давно уже набрасывали прогнозисты, пишет политический обозреватель ДВ Эльконд Либман.
Инвестор продал почти миллион акций LHV
Компания Ханнеса Тамъярва HTB Investeeringud за последний год продала более 60% своего портфеля акций LHV.
Компания Ханнеса Тамъярва HTB Investeeringud за последний год продала более 60% своего портфеля акций LHV.
Экономист: нельзя заключать энергетические соглашения со странами, политических взглядов которых мы не разделяем
По мнению главного экономиста Luminor Ленно Уускюла, освободившись от энергетической зависимости от России, Европа должна избегать заключения новых масштабных и долгосрочных энергетических соглашений со странами, с которыми мы не разделяем политических взглядов. В противном случае это означает замену одной опасной зависимости другой.
По мнению главного экономиста Luminor Ленно Уускюла, освободившись от энергетической зависимости от России, Европа должна избегать заключения новых масштабных и долгосрочных энергетических соглашений со странами, с которыми мы не разделяем политических взглядов. В противном случае это означает замену одной опасной зависимости другой.
Владимир Либман: шестым чувством зафиксировал цену на электричество. Не верю в биржу
Владелец крупнейшего в Эстонии производителя щебня Владимир Либман управляет своим предприятием 37 лет и уже знает, при каких условиях отойдет от дел. О том, как идут дела в его бизнесе, о положении дел на рынке стройматериалов Эстонии, а также том, что в нашей стране не так с электричеством, Либман рассказал в эксклюзивном интервью ДВ.
Владелец крупнейшего в Эстонии производителя щебня Владимир Либман управляет своим предприятием 37 лет и уже знает, при каких условиях отойдет от дел. О том, как идут дела в его бизнесе, о положении дел на рынке стройматериалов Эстонии, а также том, что в нашей стране не так с электричеством, Либман рассказал в эксклюзивном интервью ДВ.