Репортаж из Львова: на завтрак в кафе - через паспортный контроль и металлоискатель

С утра, прогуливаясь по Львову, я первым делом замечаю сидящую на скамейке итальянскую съемочную группу. Навстречу мне шагают польские журналисты, впереди запаркованы три с надписями «Пресса». Завидев еще пару человек с фотоаппаратом и микрофоном, я решаю подойти и поинтересоваться, с чего бы это вдруг столько коллег собралось здесь тихим утром.

Пара турецких репортеров объясняет мне, что это – одна из центральных площадей Львова, место относительно безопасное. И если вдруг в городе что-то случится (к примеру, вечером в пригородах начнется ракетный обстрел), то отсюда можно будет быстро добраться до нужного места.

Улица, ведущая к железнодорожному вокзалу, перекрыта полицией из соображений безопасности. Мы проходим мимо палаток и кухонь благотворительных организаций. Здесь же, по соседству расположен автовокзал, откуда можно уехать в Польшу – в Варшаву, Краков или Жешув.

Львов расположен поблизости от польской границы, поэтому, как правило, большинство людей едет отсюда дальше в Польшу. Однако не все: к примеру, мы пообщались со студентом по обмену из Турции, который был вынужден покинуть Харьков и направлялся в Стамбул.

Волонтер, помогающий беженцам, рассказал нам на вокзале, что есть и такие пассажиры, кто уезжает в обратном направлении. Зачем же сейчас ехать из Львова в Киев, недоумеваю я. Но, оказывается, случается всякое: скажем, военнообязанный отец семейства привозит своих детей на границу, а сам затем едет обратно, или же люди, приехав в относительно Львов, меняют свои планы и решают вернуться домой в Киев, объясняет волонтер.

Зоя вместе со своими двумя детьми приехала во Львов из Эстонии. Почти месяц они провели в Таллинне как военные беженцы, в то время как муж Зои оставался дома. Теперь мать с детьми возвращаются из Львова ночным поездом в Одессу – пока там, кажется, более-менее безопасно.

Железнодорожный и автобусный вокзалы расположены во Львове рядом друг с другом. Ежедневно сюда прибывают десятки тысяч человек. Некоторым беженцам приходится и ночевать тут же, на вокзале. За 35 гривен (это примерно 1 евро) можно купить входной билет в более комфортный зал - на час.

На станции настоящее вавилонское столпотворение, и мало кто носит маски. «Мы наверняка подхватим здесь коронавирус», - жалуется фотограф. В ночь на воскресенье от знакомых приходит сообщение, что автобус, на котором они ехали, сломался за несколько сотен километров до Варшавы.

Сначала просят документы, затем на сносном английском объясняют, что сейчас мы отправимся в отделение под конвоем трех вооруженных сотрудников. Оказывается, здание, которое мы пытались сфотографировать, является важным оборонным объектом.

По пути в участок я размышляю о том, какими глазами на нас смотрят прохожие: ну точно, российских шпионов ведут под конвоем. В отделении начинается допрос, на этот раз на русском языке: с какими целями мы вели фотосъемку? Замечание Андраса, что он на самом деле даже кнопку нажать не успел, никого не убеждает.

Приходится объяснять цель нашей поездки в Украину. Полицейские просматривают все снимки за последние дни, сделанные на камеру, а затем проверяют фотоальбомы в наших телефонах. Расспрашивают о возможных контактах с Россией, подробно исследуют (все там же, в телефонах), с кем мы общались в последнее время в социальных сетях.

В конце концов все подозрения рассеиваются. Мы полностью принимаем их объяснения, и когда говорим на прощанье "Слава Україні!", то, конечно же, слышим в ответ "Героям слава!"