Мы IT-страна или где?

Во многих странах-членах применяется, к примеру, сниженный НДС на многие продукты питания. В некоторых странах НДС по ним составляет и вовсе 0%. В Эстонии такого нет: НСО за продукты платится по полной программе. Впрочем, думать, что мы одни такие, было бы тоже ошибкой (хотя иногда хочется). В Дании, например, налог на добавленную стоимость предельно прост: 0% для газет, журналов и некоторые виды транспорта, и 25% на всё остальное.

С другой стороны, в таких странах, как Германия или Бельгия, список различных исключений по НДС довольно велик. В Бельгии есть даже два вида сниженной ставки по НДС: 12% и 6%. В Великобритании на многие продукты питания, СМИ и книги действует нулевая ставка. В общем, каждая страна ЕС творит здесь, как хочет. И как позволяет Евросоюз, устанавливающий жёсткие критерии (например, стандартная ставка НДС не может быть ниже 15%).

Так хорошо или плохо, что в Эстонии нет тех исключений по НСО, которые есть в других странах? Однозначного ответа нет, здесь есть плюсы и минусы.

Плюс такого подхода заключается в простоте и понятности налоговой системы. Вот налог с оборота, вот условия его уплаты и возврата, вот пара исключений. Всё просто и понятно. Это способствует укреп­лению имиджа Эстонии как либеральной страны с простой налоговой системой и помогает привлекать иностранные инвестиции.

Минус заключается в том, что если мы не поддерживаем определённую отрасль с помощью сниженного НСО, то вполне может оказаться, что мы будем поддерживать её же путём прямых государственных дотаций. Юрген Лиги, обсуждая законопроект об обнулении НСО на продажу лекарств, сказал, что это более эффективный подход, чем делать налоговые исключения. В такой чувствительной области, как медицина и лекарства, подход бывшего минист­ра финансов может оказаться и верным – область столь специфическая и одновременно важная, что здесь торопиться с выводами мы бы не хотели.

Однако если применять этот подход по отношению ко всем секторам экономики, то на свет вылезают очевидные недостатки подхода «дотировать, а не делать налоговые исключения». Большая бюрократия, соблазн для коррупции, вмешательст­во в конкуренцию (нужно же выбрать, каким предприятиям давать дотации, а каким нет), трудности с тем, как что-то «выбить» у государст­ва. При сниженном НСО государство один раз определяет правила игры (действующие для всех участников рынка), а затем самоустраняется и в процесс не лезет. При прямых же дотациях мы имеем все «прелести» взаимоотношений с государством и постоянного контакта с ним. К тому же, есть ещё фактор Евросоюза, запрещающего дотировать государственные компании слишком часто.

Но зато прямые дотации позволяют действовать более гибко и вкачивать больше денег в нужную отрасль. Много вы выиграете, снизив НСО с 20% до 9%? При прямом дотировании возможностей становится больше.

Так что, здесь очень многое зависит от отрасли и разного рода обстоятельств. А вот с чем ДВ точно не согласны, так это с подходом «если много исключений, такой налог сложно администрировать». Andke andeks, у нас с вами IT-страна или где? Уж точно не Эстонии стоит жаловаться на то, что для того, чтобы решить задачу, нужно написать умную компьютерную программу.