Норма простая — но с осложнениями

Но обсуждение этой темы на нескольких встречах с предпринимателями небольших фирм показывает: далеко не все и не всем с этим делом ясно. Например, один из собеседников искренне удивился перспективе получателя небольшой зарплаты ничего не выиграть от новой нормы в случае, если он продаст квартиру. „Позвольте, — не согласился он, — не может быть, чтобы сделка продажи квартиры необлагаемая по закону подоходным налогом — вдруг косвенным путём всё-таки привела к некоторому налогообложению“. И добавил: „Я пять раз прочёл всё, что сказано в законе по поводу нового необлагаемого минимума и ничего подобного там не обнаружил. Откуда вы берёте информацию?“

Надо согласиться с оппонентом по части изложения новой нормы таким образом, что некоторые налоговые осложнения с ней связанные вычитываются только специалистами налогового права. И тем ни менее, эти осложнения в тексте закона содержатся. Зачем его создатели „завели рака за камень“ догадаться можно, но почему законодатели приняли такую редакцию, когда даже некоторые из них не понимают всех её последствий — загадка и ответ на неё прост: из-за их правовой малограмотности.

Как будут развиваться события для некоторых небогатых налогоплательщиков легко представить. Предположим, у кого-то зарплата (или пенсия) около 500 евро. Начиная с выплат за январь следующего года такой налогоплательщик не будет платить подоходный налог, то есть выиграет более 60 евро в месяц. И предположим, он вдруг в течение следующего года продаст квартиру в Таллине. При этом квартира была приватизирована, использовалась им для собственного проживания. В общем, сама сделка без налогового риска. Каково же будет его удивление, когда в середине уже 2019 года он получит извещение от Налогово-таможенного департамента о необходимости доплаты налогов, поскольку при выплате ему зарплаты с него не взимали налог, а как видно по его суммарному годовому доходу с учётом продажи квартиры, он перешёл в другую категорию получателей дохода, для которой норма о необлагаемом минимуме не работает. То есть, сделка с квартирой по-прежнему будет для него необлагаемой, но сумма, полученная от этой сделки, добавится к сумме зарплат (или пенсий). Какой окажется конкретная величина налогового требования, несложно вычислить на основе приведённой в законе формулы. Таким же образом пойдут дела в случае любых учитываемых для налогообложения доходов (они и ранее и сейчас перечислены в законе).

Вторая неожиданность в связи с новой нормой выявилась тоже из разговоров с предпринимателями. Оказалось, кое-кто не собирается на сумму снизившегося подоходного налога с малых зарплат увеличивать выплату работникам, полагая, что эта льгота введена для снижения расходов работодателя. „Чего ради, — сказал один из них, — я буду увеличивать почти на 10 % выплату уборщице? Она ведь работать больше не станет…“ Разговор о том, что по трудовому договору стороны договорились о брутто-зарплате, не убеждает. И то, что работник обжалует такое решение в Комиссии по трудовым спорам и выиграет непременно, тоже, оказывается, не аргумент. Действительно, работники у нас часто не понимают: подоходный налог с оплаты труда — их налоговая обязанность, а работодатель только обеспечивает его удержание и перечисление. Оказывается, не очень понимают это и некоторые работодатели.

И всё же, главная на мой взгляд проблема, что чем дальше, тем чаще налоговые законы принимаются в редакции абсолютно понятной исключительно специалистам налогового права.

Владимир Вайнгорт, доктор экономических наук, научный руководитель клуба „Кардис“

Autor: Владимир Вайнгорт