Сеть барбершопов в Нарве: сначала идея казалась безумной

Основатели компании – супруги Медведевы. Пять лет назад у Татьяны уже был опыт работы в барбершопах Таллинна, а ее супруг Дмитрий работал на заводе, стригся без изысков и не носил бороды. Ради успеха фирмы он не только сменил стиль, но и переучился на барбера.

Татьяна Медведева в интервью ДВ рассказала, с чего начинался семейный бизнес, и как новая услуга приживалась в Нарве.

Был. И я ходила в горуправу, получила пособие – с первого раза. До этого я часто участвовала в проектах Erasmus, в написании планов у меня опыт был. Здесь в Нарве я ходила на предпринимательские курсы, там познакомилась с девушкой, которая написала мне бизнес-план для города, а потом я его дорабатывала. Было сложно: мы уже открылись, а финансирование еще не дали. Но было так жалко проделанной работы и потраченного времени, что мы решили довести все до конца. Не было сайта. Не было персонала.

Я отправила мужа учиться в Питер – он тогда работал на заводе. Я говорю: надо, барбершоп – это вообще мужское дело, давай попробуем! Ему было сложно, он нарвский, он здесь вырос, его многие знают… Я в этом плане очень легкая на подъем. Уговорила его взять отпуск и уехать на месяц в Питер.

И вот 1 марта у нас открытие: стою я, муж, который еще не стриг… И к нам пришло так много народу на открытие! Люди стояли даже в коридоре. И эти люди до сих пор с нами – это очень здорово! Сразу была мощная поддержка. Но 2 марта я выхожу на работу и не знаю, что мне делать – нет записной книжки, какой-то системы, все нужно разрабатывать. Но клиентов было очень много!

По условиям Astri мы должны были работать с 10 до 20 часов каждый день, и в выходные, и в праздники. Приходилось мне отрабатывать за всех. Потом уже начали подтягиваться люди – знакомые, которые помогали как администраторы, кто-то пришел стричь с минимальным опытом, муж уже активно работал.

Потом меня пригласили в Кассу по безработице и предложили вести курсы парикмахеров. Я отучилась на андрагога – преподавателя взрослых – и начала брать учеников. Они занимаются в нашем барбершопе в Kerese Keskus.

Никогда, не было такого опыта. Но пришлось быть и уборщицей, и преподавателем. Но это очень здорово, когда ты сам проходишь с низов, сам понимаешь, как все это работает. Сейчас у меня тоже есть ученики, уже не от Кассы по безработице, а собственные.

Нет, пришлось поменять имидж. Мы стали тонировать бороду, экспериментировать со стрижками, чтобы показать клиентам, что вообще можно делать. Дима задавал стиль. Раньше он брился и коротко стригся. А сейчас он носит стрижку, осветляет волосы, тонирует бороду.

Да, три. Было еще в Noorus в Нарва-Йыэсуу, но там пришлось закрыться. Но я к этому отношусь легко и просто. Там поменялись условия, парковка для клиентов стала платной. А начнем с того, что клиентам туда нужно было не идти, а ехать. Когда границу закрыли, туризм упал очень сильно. А у нас как раз появилась возможность открыться в Нарве. И мы просто перенесли все из Noorus в Fama.

12 барберов, плюс ученицы, три администратора. Кто-то уезжает от нас, кто-то хочет к нам, происходит замена мастеров – и это нормально. Есть девушка, которая занимается и женскими стрижками тоже.

В Ида-Вирумаа – нет. Мы думали о Йыхви, но мы всегда сами должны находиться на месте, чтобы все работало. Мы пробовали так, что я уезжала в Таллинн, чтобы наработать там клиентуру. Но поняли, что нужно находиться на месте, и, конечно, если ты в Таллинне, ты начинаешь думать, что для тебя важнее – семья или бизнес? Поэтому мне пришлось вернуться обратно, и мы решили, что пока все работает, мы будем здесь. Тем более, что сейчас так колбасит со всех сторон, нужно очень много внимания, мы должны быть здесь.

Если расширяться, то немного в другую сторону – я бы развивала преподавание или выпустила свою линию косметики.

К счастью, волосы растут, и люди приходят стричься. Возможно, кто-то ходит реже. Мы только осенью открылись в Fama, а клиенты стригутся в разных заведениях, поэтому сейчас трудно сказать по общему количеству клиентов, есть приток или отток.

На заводах тоже хорошо зарабатывают! Я бы сказала, что это люди от среднего дохода и выше. Средний клиент, наверное, от 30 лет. Пенсионеры к нам не ходят. И люди, которые живут на минимальную зарплату, я думаю, тоже к нам не ходят. И мы сами нацелены на тех, кто зарабатывает деньги. Потому что мы находимся в Astri, и с нас тоже спрос большой, и расходы большие. Если будет какой-то край с финансовой точки зрения у клиентов – я переживаю за это – мы будем подстраиваться, менять локацию, что-то придумывать. Но от самой атмосферы барбершопа мы не уйдем.

50 на 50. Первые мои барберы – все были парни. Знаете, для Нарвы это было сложно. Я даже помню моменты, когда люди проходили мимо и показывали пальцем – смотрите, парни стригут! Я была, например, на практике в барбершопе в Германии, там работали одни мужчины. Барберинг – это мужская территория. История говорит, что женщинам вообще заходить в барбершоп было нельзя, даже чтобы сына привести. Но многие выступали за равноправие, и постепенно женщинам тоже разрешили брать в руки опасное лезвие – стала меняться политика у барбершопов. Когда я ездила на повышение квалификации в Питер, там тоже работали одни мужчины, и для них было странно, что девушка приехала учиться барберингу. Мы сейчас спрашиваем у клиентов, хотят ли они к конкретному барберу, а если нет, то хотят ли к девушке или к мужчине.

Уже, наверное, не замечаю. Вижу только наших клиентов и не наших. Мы отслеживаем только цикличность моды, когда все подростки идут просто одинаковые – с одинаковыми стрижками. Вот сейчас был очень громкий сериал, и все стали сбривать свои локоны и стричься коротко под машинку.

«Слово пацана». Но это больше про подростков. Мужчины привыкают к одному и говорят: стригите меня вот только так, пожалуйста. Когда начинаешь заниматься этим, конечно, замечаешь все, но я сейчас больше сосредоточена на том, чтобы все работало в фирме.

Но вообще здорово, что прийти в барбершоп – это круто, особенно для подростков. Я думаю, все к нам привыкли, и это стало нормально.

Для нас это жизнь, это опыт, это интересно, даже если сложно. Наш фокус на том, чтобы люди были счастливее. Я не переживаю, что к нам однажды вообще не придут клиенты. Мы их не только стрижем, мы еще и в другом с ними.

Был коронавирус, и после него, мне кажется, что бы ни произошло, мы сможем все построить заново. Опыт никуда не денется. И без выхода из зоны комфорта ничего не будет – я это всем говорю. Если страшно – иди туда и делай. Если делаешь по совести и от доброй души, то ничего плохого с тобой не случится.