Основатель Kaamos: мы, богатые люди, должны больше вкладываться в общество

Kaamos Group делает ставку на рождение детей у работников, образование и стартапы, рассказал Йыэлехт. «Часто компании или людей оценивают только по их состоянию. Говорят, например, вот у него 200 миллионов. Но никто не подчеркивает, что большая часть этих денег на самом деле находится в распоряжении общества. Эти деньги связаны с компаниями, которые создают рабочие места и развивают экономику», – сказал Йыэлехт.

На самом деле это получилось случайно. Раньше существовали специальные фирмы, которые продавали уже зарегистрированные компании с готовыми названиями. Я хотел выбрать совсем другое имя, но в регистре больше ничего не было, и так появился Kaamos.

Vandid. Я сам родом с Западного Сааремаа, где раньше на море действовали грабители (vandid – с эст. морские грабители), но это так, ради шутки было, конечно.

На самом деле, мне это название начинает все больше нравиться. Мы несколько раз пытались его сменить, потому что оно у людей немного вызывает депрессию. Но на самом деле это особенность нашего климатического пояса, и в темное время люди становятся сильнее. В сущности, это вызывающее, броское имя.

Должен сказать, что настоящего уныния я, по сути, не ощущал. Трудные времена, конечно, были – как предыдущий экономический кризис и коронавирусный кризис – но настоящего kaamos, думаю, не было.

Нужно заглянуть чуть дальше. Я – воспитанник социализма и работал лесником 13 лет. После нескольких поездок в Финляндию я понял, что в Советском Союзе у нас все очень неправильно. И когда появилась возможность создавать кооперативы, мы ей воспользовались.

Ну, это уже история Sylvester. Нас было четверо лесников – мы были основателями.

Вряд ли мысли были настолько глобальными – просто было желание. Желание делать по-другому, быть активным и создавать самому.

Сложно описывать себя, но для меня самое важное – это командная работа, и, во-вторых, нужно уметь считаться с каждым своим сотрудником. Никто не важнее другого.

Я думаю, что нашей компанией сейчас очень хорошо управляют. У нас очень способный Марек Похла – председатель правления, его подход системен, он учитывает людей, и, возможно, сам чересчур много работает.

Думаю, мы не похожи, но у нас одинаковые базовые ценности. Марек, безусловно, более системный, возможно, более контролирующий, чем был я. Я позволял людям более самостоятельно принимать решения. Не хочу сказать, что Марек не позволяет, но у него гораздо четче сформировано видение будущего.

Безусловно, это деревообработка, хотя сейчас я больше этим не занимаюсь. У Kaamos были деревообрабатывающие предприятия, и особенно успешной была компания по производству шпона. Был период, когда два эстонских предприятия обеспечивали, возможно, 50% мирового рынка березового шпона. Но так как рынок контролировался IKEA, а они исключили березовую мебель из ассортимента из-за ее дороговизны, это осложнило наш бизнес. Мы были к этому готовы, поставили другую производственную линию, и теперь вся компания принадлежит полякам.

К счастью, нет. Скажем так – просили поддержки, но это нельзя считать взяткой. Нас знали, и мой принцип всегда был такой: давать взятку в прямом смысле – это не вписывается в мое мировоззрение. Конечно, можно принести подарок, бутылку или что-то еще – но это другая тема. Игры с конвертами не обсуждаются.