Магнат в церковной мантии: как Георг Тофер построил текстильную империю и не пережил ее развала

Экскурсоводы любят рассказывать про это надгробие душещипательную легенду: якобы, дочь эстонского бизнес-воротилы Лидия Тофер так увлеченно танцевала на собственной свадьбе, что на утро скончалась от переутомления. Отец не вынес потрясения и вскоре покончил с собой, украсив предварительно холмы Сиселинна склепом с портретной скульптурой дочери. Отсюда народное название – «Склеп невесты».

Правда тут только в том, что под сводами павильона и правда похоронены дочь и отец. Но Лидия умерла не из-за чрезмерного веселья, а из-за обострившейся чахотки. Ну, а для ее отца, Георга Тофера-Торивери роковой стала не гибель наследницы (после ее смерти в 1923 он прожил еще 17 лет), а приход в Таллинн советских войск и национализация текстильного производства, на развитие которого он вместе с братьями потратил большую часть жизни.

Простой костюм «от Тоферов» на рубеже 1920-1930-х годов стоил в Таллинне около 2 крон (9-10 евро) при средней зарплате рабочего около 50 крон.

Братья Тофер активно участвовали в благотворительности и общественной жизни Эстонии. Например, Рейнгольд Тофер председательствовал в таможенном комитете Торгово-промышленной палаты. Георг жертвовал на Кайтселийт, закупая лошадей для кавалерии на собственные средства, таллиннский Ротари-клуб и благотворительный клуб Сentrum, поддерживал деньгами студенческую корпорацию Vironia, хотя сам и не имел высшего образования.

Георг Тофер был не только самым публичным, но и самым эксцентричным из братьев-текстильщиков. Его называли «фантазером» и «мечтателем» за приверженность необычным теориям и недоказанным научным и техническим идеям, которые он стремился внедрять в своих обширных поместьях, купленных на доходы от фабрик.

В отличие от прочих родственников он стал подписываться двойной фамилией Тофер-Торивери, тем самым подчеркивая свое эстонское, а не немецкое происхождение. Промышленник считал, что необходимо работать над возвращением к подлинному национальному стилю жизни и сам охотно подавал пример. В своей усадьбе Коткавески неподалеку от Локса он демонстрировал гостям мебель, стилизованную под убранство крестьянских хуторов. И он сам, и его украинская супруга Вера Васильевна Тофер-Морозова появлялись на светских раутах в Коткавески одетыми не по западноевропейской моде, а в традиционные эстонские расшитые праздничные костюмы.

Вот как описывает наряд, заменявший Георгу Тоферу фрак или смокинг, репортер газеты Rahvaleht в феврале 1940 года: «Его эстонский фрак на самом деле представляет собой длинную церковную мантию прежних времен с нанесенной вручную красной вышивкой и золотыми пуговицами по краям, напоминающую дипломатические мантии, украшенные золотым шитьем. Сходство усиливается еще и тем, что Тофер-Торивери с этой мантией носит белый воротничок с уголками и белый галстук». Не меньше мантии поражали бриджи, с которыми промышленник сочетал свою экзотическую куртку. При этом очевидцы признавали, что наряд выглядит не менее торжественно, чем иностранные модные новинки.

Кроме мебели и одежды, Тоферы отличались пристрастием к эстонской еде. Георг и Вера организовали для таллиннского высшего общества обед в Коткавески, на котором подавались исключительно блюда, приготовленные по рецептам эстонских хозяек и из местных продуктов.

«Этот обед стал настолько знаменитым, что хозяйка была вынуждена организовать еще один подобный. В то время даже планировалось провести "народный бал" по образцу Латвии. В этот вечер будут подаваться только блюда, приготовленные по рецептам эстонских женщин, чтобы доказать, как хорошо и вкусно можно приготовить еду из продуктов, выращенных на полях и в лесах родины. Почему-то эта милая инициатива не была реализована», – пишет Rahvaleht. Газета отдельно замечает, что в условиях военного кризиса стоит ждать возрождения национальной кухни – хотя бы из-за дефицита заграничных деликатесов.

Хотя дела на заводах в конце 1930-х шли блестяще, сама семья Тофер переживала трагедию за трагедией. В 1938 году после осложнений при операции по удалению аппендицита скончался один из основателей текстильного концерна Рейнгольд Тофер. В следующем году умерла сестра Георга Тофера Ида. Но последним потрясением для промышленника стал ввод на территорию Эстонии советских войск. Часть рабочих фабрик «Братья Тофер» выступила с открытым письмом в поддержку оккупации, отставки эстонского правительства и роспуске Кайтселийта, что повергло промышленника, уже имевшего дело с большевиками в 1918 году, в еще большую депрессию. 6 августа 1940 года Георг Тофер застрелился в своем фабричном кабинете. Подконтрольные СССР эстонские газеты никак не почтили его смерть, зато через три дня написали о том, что фабрики «Братья Тофер» присоединились к всесоюзному стахановскому движению.

Еще год спустя, летом 1941 года при отступлении советских войск из Таллинна главная фабрика Тоферов была разрушена во время уличных боев между Красной армией и Вермахтом. Единственный сын и наследник Георга – Анатолий Тофер после оккупации бежал из Эстонии и поселился в итоге в Канаде, где и прожил до 1994 года. Его дети влились в украинскую диаспору Квебека.

На сегодня в Таллинне уцелело здание лишь одной из фабрик – бывший цех предприятия «Рейнгольд Тофер» на улице Мадара, 14 в Лиллекюла. Сейчас он используется под склады, офисы и магазины.

Прославившую Тофера-Торивери усадьбу Коткавески теперь не отыскать на картах. Ее территорию в 1950-х годах частично затопили при строительстве рядом плотины гидроэлектростанции, а частично отдали под контору ГЭС, ветеринарную станцию и квартиры для местных работников. После восстановления независимости Эстонии разоренное поместье вернулось в собственность Тоферов, но те не стали его восстанавливать, продав недвижимость.