EKRE начинает и пока выигрывает

«Я – министр!» - только и сказал министр сельской жизни Март Ярвик, выйдя после встречи с главой правительства на публику в нахлобученной на голову фирменной экреской шляпе. Это означало, что решительности у Ратаса явно поубавилось по пути из аэропорта в Дом Стенбока.

Её хватило лишь на то, чтобы заявить, что, мол, никакой ясности он в ходе встречи так и не обрёл. Далее следовали обычные для премьера «надо обсудить» и «там видно будет». Но Ярвик к этому времени фактически сообщил об оргвыводах безо всяких околичностей.

Не будем тут вдаваться в подробности дела, о котором много пишется уже не менее недели, а если взять за точку отсчёта предполагаемого «грехопадения» Марта Ярвика историю с листерией, бактерией, которую вроде бы нашли в продукции рыбного предприятия M.V.Wool, и с ролью министра сельской жизни в расследовании этого инцидента, то придётся и вовсе возвращаться в август-сентябрь.

Последние же события, которые и вызвали нынешнее политическое возбуждение, коротко укладываются в схему «покрывание противоправных действий и последующая ложь». Противоправные действия заключались в совершенно очевидном конфликте интересов советника министра, который в качестве адвоката защищал интересы оппонента одного из министерских департаментов, которого тот обвинял в подаче недостоверных сведений для получения дотаций, а в качестве советника министра действовал во вред этому департаменту.

Вдобавок ко всему Ярвик вознамерился уволить канцлера министерства Иллара Леметти «в связи с утратой доверия». Прегрешение канцлера состояло в том, что он вынес сор из избы – безусловно, неоспоримый повод для утраты доверия! В связи со всем этим клубком взаимных претензий и подозрений прокуратура возбудила уголовное расследование, главный вопрос которого – имел ли место конфликт интересов, что является преступным деянием? Оппозиция призвала министра уйти, а когда он заявил, что «не дождётесь», приступила к сбору подписей под заявлением о недоверии.

Но важнее этой конкретной дрязги тот факт, что в центре её опять оказалась партия EKRE. И её реакция на произошедшее. Под угрозой отставки оказался третий по счёту министр нынешнего правительства от этой партии – вслед за Марти Куузиком и Керт Кинго. Обе отставки были скандальными. Не станем вспоминать эпатажных высказываний партийных лидеров, но ничуть не менее скандальным было упрямое проталкивание Урмаса Рейтельмана в члены эстонской делегации в ПАСЕ, завершившееся во вторник его утверждением депутатами Рийгикогу.

А замечательные «династические» экзерсисы с замещением Хельме-отца Хельме-сыном и наоборот! Под стать прежним деяниям и нынешние обвинения отца и сына в адрес прокуратуры в связи с её «политической ангажированностью» (при этом Хельме-старший, заметим, глава МВД), ну, и, разумеется, в адрес прессы.

При этом лидеры EKRE не просто ощущают себя на коне, но и воочию видят, как одерживают одну победу за другой, для чего в сложившейся ситуации достаточно элементарнейшего шантажа. «Если Ярвика заставят уйти, не станет правительства», - заявил Мартин Хельме. В этом заявлении есть, конечно, изрядная доля блефа, но блефа рассчитанного. Если не станет правительства, не станет и EKRE в нём, но, возможно, её лидеры так не думают или не очень этого опасаются.

Но они точно знают, что этого панически боятся их партнёры, которые от грозных слов к делу не переходят, да и слова свои быстро съедают. Когда Юри Ратас вышел вслед за Мартом Ярвиком к журналистам после переговоров с ним, он почти не скрывал своего раздражения. И при этом его формулировки были в противоположность душевному состоянию как всегда очень обтекаемыми.

Пойти на конфликт – прямой путь к потере премьерского кресла. Но и продолжать вживаться в роль игрушечного персонажа кукольного театра Карабаса-Барабаса (премьер-министра в правительстве Хельме) тоже не соответствует амбициям.

Да, очень уж трудно стараться быть одновременно котом Леопольдом и царём зверей.