Cоциолог: проблемы интеграции не только в языке

Ирис Петтай вместе с коллегами уже много лет занимается изучением эстонского общества, треть которого составляют представители других национальностей, пишет novosti.err. Что изменилось за последние 20 лет? На эти вопросы и попытались ответить социологи. Заглянув и в будущее. Результаты опубликованы в книге Rahvuste Tallinn. Но в этом статистическо-социологическом обзоре, составленном Тийной Райтвир, речь идет и о жителях (эстонцах и неэстонцах) всей Эстонии.

Рассказывает Ирис Петтай:

Идея досконально изучить ситуацию родилась лет 5-6 назад. С середины 80-х годов в основном шли исследования национальных процессов. Но сейчас стало очевидным, что уже мало одной социологии, а нужен и серьезный статистический обзор.

Поразило и положение с рождаемостью. Она в целом по стране отрицательная. Только в Таллинне есть положительная тенденция. Но это относится только к эстонцам. Среди неэстонцев рождаемость падает. Неэстонки меньше рожают даже после появления родительской зарплаты. А для эстонских женщин она стала хорошим стимулом.

Видимо, одна из причин, что у неэстонских женщин нет такой уверенности в будушем, как у эстонских.

Есть и другая статистика на эту тему. Среди неэстонок аборты на очень высоком уровне. Это, известно, плохо действует и на здоровье женщин и на их психику. Здесь проблема кроется и в плохой информированности. Например, в эстонских школах намного больше такой информации.

Образование и труд

И третья проблема - тоже грустная. Она заключается в том, что среди неэстонцев уменьшилолсь количество людей имеющих степень магистров и докторов. Можно, конечно, сказать, какая разница - эстонцы они или ли неэстонцы. Но для русскоязычного населения нужна своя интеллигенция. Те, кто идет впереди. Если же воспроизводства не будет, то тогда появится опасность люмпенизации общины. Нужно, чтобы интеллектауалы из русскоязычной общины решали эту проблему.

На рынке труда ситуация тоже выглядит не в очень положительном свете. Эстонцы больше работают белыми воротничками, а неэстонцы занимаются работой попроще. В странах, где такие бренды были очень долго формируется такое понимание, что некоренное население и неспособно заниматься другим. Сейчас самое время что-то изменять, чтобы не усугблять проблему, не дать ей уйти в зону большого риска.

Конечно, есть и положительные примеры, но факторы риска, на которые надо обратить внимание, занимают значительное место.

Особенно это важно в молодежной среде. Знание языка и другие достоинства не дает возможности занять такую же позицию. Может быть, акцент, манера поведения кого-то не устраивают. В других странах уже обратили обратили внимание на подобные проблемы и рекомендовали работодателям, чтобы они не концентрировались на таких вещах.

Конечно, так уже сложилось, что во всех странах некоренное население должно больше трудиться. Но если разница очень большая, то это становится опасным для общества.

Настольная книга для общества

Наша книга, содержащая все эти данные и массу полезной информации, написана прежде всего для эстонцев. Мы все-таки живем в ЕС и дожны быть цивилизованным госвударством. Русскоязычное население это большой ресурс. Я думаю, что эстонцы прагматично отнесутся к возникшим рискам. Нет сомнения и в том, что и в Евросоюзе обратят внимание на большую разницу в жизни эстонцев и неэстонцев.

Некоторые решения проблемы очень простые. Например, больше информировать. Я сама очень многое открыла для себя из этой книги, хотя уже очень давно занимаюсь социологией. Это говорит о том, что надо начинать с того, чтобы выслушать друг друга и вместе искать решения.

Мешает этому, что интерес к общественной жизни среди неэстонцев в 2-3 раза меньше. Они гораздо меньше участвуют в гражданских организациях. Это тоже тормозит общение между двумя общинами. И, возможно, здесь смогут проявить инициативу эстонские организации, если получат соответствующее финансирование.

В ЕС такие проекты очень популярны. Сейчас много евроденег и проекты в основном представляют эстонцы. И они довольно сильно влияют на решение разных социальных проблем. У русскоязычных это больше происходит на уровне своего культурного общества. Важно, чтобы они научились видеть и социальные проблемы, готовить соответствующие проекты. Эстонские общества, имеющие большой опыт участия в таких проектах, могли бы взять их под свое крыло. Но при соответствующем финансировании, потому что на одном энтузиазме много не сделаешь.

Европейская комиссия три года назад пришла к выводу, что ограничиваться в интеграционных программах только языком и гражданством нельзя. Важно, чтобы работали и другие факторы, обеспечивающие конкурентноспособность всем жителям той или иной страны. И еще ЕК сделала вывод, что этим должны больше заниматься муниципалитеты.

Приоритетными должны быть другие ценности — толерантность, мультикультурность, привлечение некоренного населения к управлению городом, к политике. Этим должны заниматься, например, все члены Ассоциации мультикультуных городов ЕС.

Таллинн тоже вступил в эту ассоциацию. Я помогала заполнять первый тест, который проходят города-кандидаты. И недостатков было миллион. Например, отсутствие статистики о национальных меньшинствах в городе. Сейчас в этой работе, о которой рассказывала, есть много данных о Таллинне.

Очень надеюсь, что новый европейский приоритет поможет на муниципальном уровне решать вышеописанные проблемы. Сейчас самое главное, чтобы в городах такие программы были ближе к человеку. Пусть уже на местах смотрят, как сотрудничать детсадам, школам, общественным организациям.

На самом деле складывающаяся ситуация несет опасность для Эстонии. Если мы не исправим ее, то не сможем называться цивилизованной страной.

Autor: dv.ee Istsenko Olga