3000 км до Таллинна: как эстонских фермеров и торговцев занесло в турецкую глубинку

Турки настаивают, что верное название этих мест – Восточная Анатолия или иль (тур. il – «край») Карс. Армянские исследователи возражают – это Западная Армения, сердце древнего армянского царства Багратидов со столицей в городе Ани и регион, где до начала ХХ века значительный процент населения составляли именно армяне. К счастью, эстонцы на здешние земли не претендуют, хотя именно здесь чуть больше века назад находилась самая южная эстонская деревня в мире и даже работала школа с эстонским языком обучения.

В центре Карса работает ресторан «Пушкин» и кофейня «Достоевский», кафе «Яблонька» и «Петербург». В древнем турецком хамаме под стенами крепости кебабами угощает «Раскольников», а в финале пиршества расслабиться можно в кальянной «Москва». И это при том, что русскоязычных туристов в городе почти не бывает. Скорее местные предприниматели обыгрывают стереотипы о «русском Карсе» для своих же соотечественников, ведь турки со школьной скамьи знают, что по итогам Сан-Стефанского мирного договора, подписанного в 1878 году после очередной Русско-турецкой войны, город отошел к Российской Империи. Под российским контролем Карс и прилегающие области оставались почти сорок лет, до самого падения монархии Романовых.

Одним из традиционных бизнесов эстонцев в Карской области было мукомольное дело. В начале ХХ века еще трем смешанным эстонским семьям принадлежала большая каменная мельница - это здание, прямо на пересечении шоссе на Эрзурум и речки Карс-чай было когда-то первым при въезде в Карс с запада. Сегодня этой постройки уже не сыскать, о прежних временах в этом месте напоминает только форт из черного камня, который укрепляли сначала турки, а затем и русские, опасаясь атак друг друга. В XXI веке назначение у него сугубо мирное, в крепости работает музей сыра.

Совсем рядом с аэропортом Карса, в 6 километрах от центра города находится деревушка Караджаорен. Трудно поверить, но когда-то она была центром «эстонского мира» в Карской области. В XIX столетии тысячи крестьян покидали Эстонию в поисках места, где они могли бы получить землю под фермы. На родине, где почти все участки были поделены между немцами-мызниками, шансов на это у растущих крестьянских семейств не было.

Так появились эстонские колонии в современной Самарской области, в Сибири, Абхазии, на черноморском побережье близ Сочи. Обычно деревня отправляла вперед «разведчика». Он выяснял, можно ли в намеченной местности действительно получить надел, а затем в случае удачи звал за собой односельчан. И хотя очередная группа эстонских колонистов в 1885 году не получила положительного ответа от своих «скаутов», посланных в Абхазию, 22 апреля десятки эстонских семей, набившись в вагоны на станции Раквере, двинулись в путь со всем багажом. Когда переселенцы добрались до Ростова-на-Дону, у них уже кончились деньги и продукты. Местным властям пришлось спасать эстонцев от голодной смерти и финансировать их дальнейшее путешествие. В Ростове колонистам сообщили уже официально – свободной земли нет на всем Северном Кавказе.

Несчастных на время расселили в уже существующих крупных эстонских деревнях региона, но этого было мало. Фермерам была нужна своя земля, и уже в новом 1886 году эстонцев уведомили: они могут основать поселение в Карсе. И вот почти ровно год спустя после отправления из Раквере 84 эстонские семьи, всего 282 человека, осели на новом месте. Это была самая большая партия эстонцев, прибывшая в Карскую область. Новая деревня получила название Uus-Estonia, но в повседневной речи ее чаще называли просто Новоэстонка.

Несмотря на непривычный климат и обычаи, трудами поселенцев деревня росла и развивалась. Эстонцы выстроили одноэтажные каменные дома, а в 1911 году соорудили здание для школы и молельной. Причем занятия в школе шли на эстонском языке. В такой глуши, как Карская область, некому было следить за соблюдением образовательных стандартов эпохи русификации. Вскоре в Карсе появилось эстонское кладбище. Когда в Новоэстонку изредка заглядывал эстоноязычный пастор из Тбилиси, местные жители собирались на торжественную мессу под открытым небом – один из холмов близ Карса получил от переселенцев имя Ристимяги. В Уус-Эстонию успел заехать даже заядлый литератор-путешественник Антон Хансен Таммсааре.

Годы Первой мировой и последовавших за ней советско-турецких и армяно-турецких конфликтов нанесли деревне серьезный ущерб. Часть жителей бежала в эстонские поселения на Черном море, некоторые затем через РСФСР сумели вернуться в Эстонию. Тем, кто остался в Карсе после отступления из города сперва русских, а затем и армянских войск, едва удалось избежать религиозных чисток – в самую тяжелую годину им пришлось, чтобы выжить, притвориться немцами. Благодаря тому, что Германия и Османская Турция были союзниками в Первой мировой, поселян не тронули. К началу 1920-х годов в Новоэстонке оставались восемь эстонских семей численностью около 50 человек.