• Внимание! Эта статья была опубликована более 5 лет назад и относится к цифровому архиву издания. Издание не обновляет архивированное содержание, поэтому, возможно, вам стоит ознакомиться с более свежими источниками.

    НСО при разных сделках

    Мы уже отмечали рост «латвийского фактора» в нашей экономике в связи с тем, что товародвижение между эстонскими и российскими предприятиями всё чаще идёт через Латвию (в результате крепчающего маразма эстонско-российских политических отношений).

    Соответственно, чаще возникают вопросы насчет налога с оборота при построении цепочек хозяйственных связей для товаропродвижения. Скажем, выстраивается такая схема: эстонская фирма продает нечто латвийской, которая, в свою очередь, выступает продавцом для российского предприятия, а сам товар непосредственно идёт из Эстонии в Россию.
    В этой цепочке налоговые обязательства складываются вполне благополучно для всех участников на основе норм Евродирективы по применения налогов с оборота. Поскольку в Эстонии начинается экспорт из Евросоюза (независимо от того, кто декларирует его, то есть заполняет экспортный документ) то у эстонской фирмы возникает нулевая ставка НСО. Латвийская фирма вообще оборот не декларирует, поскольку на территории Латвии оборота не происходит. А российский получатель товара естественно несёт все обязанности импортёра по законам своей страны.
    Неплохая налоговая ситуация складывается и при такой схеме товародвижения, когда вместо привычных для наших фирм переадресовок на эстонских таможенных складах приходится теперь пользоваться латвийскими таможенными терминалами. Скажем, эстонский предприниматель организует товарный поток из России в Англию таким образом, что товар идёт по железной дороге на рижский таможенный склад (поскольку к нам теперь поезда «плохо ходят»), а оттуда морем в один из английских портов, при этом расчеты ведутся таким образом: российский поставщик продаёт товар эстонскому предприятию, которое – в свою очередь – продаёт его английскому потребителю.
    В этой схеме российская компания – экспортёр, для эстонской фирмы сделка, вообще, не оборот и она ничего не декларирует в Эстонии (раньше, когда использовался эстонский таможенный терминал, у эстонской фирмы был оборот с нулевой ставкой); а английский получатель, во всех случаях, осуществляет импорт и соответствующим образом оформляет сделку у себя в стране. То есть, ничего страшного для эстонских посреднических фирм, в смысле налогообложения, не происходит. Правда, во втором случае, денежки за транзит грузов оседают в Латвии.
    Неприятна, в налоговом смысле, только одна схема, которой – по неведению – пользуются некоторые наши фирмы и довольно часто узнают о том, что нарушают закон только в ходе налоговой проверки. Речь идёт о случае, когда сделка выгладят таким образом: эстонское предприятие продаёт товар оффшорной компании, которая – в свою очередь – осуществляет продажу в одну из стран Евросоюза. При этом сам товар движется напрямую из Эстонии конечному покупателю (неважно, находится он во Франции, в Литве, Латвии, Англии и т.п.) При такой операции многие эстонские предприниматели полагают, что имеют дело с экспортом и применяют нулевую ставку НСО.
    Однако, здесь ловушка: дело в том, что для переброски товара из Эстонии в другую страну Евросоюза экспортная процедура не происходит и, соответственно, экспортная декларация не оформляется. Раз нет экспорта, то ставка НСО должна быть нулевой или восемнадцатипроцентной. Однако «нуль» также не получается, поскольку нет внутрисоюзной сделки купли-продажи: не исполняются три условия Закона о налоге с оборота, определяющие внутрисоюзный оборот. Следовательно, остаётся одна возможность: декларировать оборот со ставкой НСО 18% и, главное, платить этот налог, который никто и никогда себе не вернёт. Подробнее читайте в новом выпуске «Деловые Ведомости».
  • Самое читаемое
Акции Nvidia упали на 10%
Весь апрель американские акции падают, и в их числе акции технологических компаний.
Весь апрель американские акции падают, и в их числе акции технологических компаний.
Экономист: отели и рестораны еще не оправились от спада
Разговоры о том, как дорого стало обедать на работе или ужинать в ресторане, наверняка не редкость при встрече с друзьями в офисном кафе или на отдыхе. Однако реальная картина показывает, что уровень цен в ресторанах, а также, например, в отелях вырос меньше, чем домашние расходы, пишет главный экономист Luminor Ленно Уускюла.
Разговоры о том, как дорого стало обедать на работе или ужинать в ресторане, наверняка не редкость при встрече с друзьями в офисном кафе или на отдыхе. Однако реальная картина показывает, что уровень цен в ресторанах, а также, например, в отелях вырос меньше, чем домашние расходы, пишет главный экономист Luminor Ленно Уускюла.
Михаил Крутихин: администрация Байдена не хочет ограничивать экспорт российской нефти
Администрация нынешнего президента США Джо Байдена опасается вводить новые санкции против российской нефти, чтобы не допустить роста цен на американских заправках в преддверии американских выборов, сказал в интервью ДВ партнер консалтингового агентства RusEnergy Михаил Крутихин.
Администрация нынешнего президента США Джо Байдена опасается вводить новые санкции против российской нефти, чтобы не допустить роста цен на американских заправках в преддверии американских выборов, сказал в интервью ДВ партнер консалтингового агентства RusEnergy Михаил Крутихин.