Для учеников Ида-Вируского профтеха, которые не выучат эстонский за восемь недель, подготовили два варианта

В целом в профтехе в учебных зданиях в Нарве, Силламяэ и Йыхви учатся около 2000 человек. Но вокруг примерно ста прогульщиков уроков эстонского в Нарве несколько дней шла интернет-перепалка между директором профтеха Хендриком Агуром и мэром города Катри Райк.

«Хендрик, так нельзя! Школа не выполнила домашнее задание! Ты начал преподавать эстонский язык в больших масштабах. Ты сначала поговорил со студентами, привлек их к планированию учебы, спросил их мнение?» – написала Катри Райк на своей странице в Facebook, получив множество гневных комментариев на эстонском языке.

Хендрик Агур в той же соцсети в ответ назвал это политическим высказыванием, направленным на русскоязычных избирателей мэра и добавил о Катри Райк:

Как ранее писали ДВ, крупные машиностроительные предприятия в Нарве, прежде всего Fortaco Estonia и Hanza Mechanics организуют практику для потенциальных молодых работников и обучают их на рабочих местах (на русском языке). Но обычно это не обучение профессии с нуля после школы. Например, Hanza Mechanics предлагает второкурсникам профтеха и ида-вируских колледжей работать у них по два дня в неделю под руководством наставников из числа заводских специалистов.

«Я хожу на интенсивные уроки эстонского, – рассказал на условиях анонимности ученик первого курса Ида-Вируского центра профобразования. – Уроки проходят шаблонно, учителям просто дают материалы, у всех у них распечатки с одного ресурса. Иногда бывает, что они даже повторяются у разных учителей. Я считаю, что это малоэффективно, особенно для тех, у кого уровень эстонского слабый, и за восемь недель поднять уровень до В1 им почти невозможно. Лично у меня результат за две недели очень слабый».

«В моей группе ведут три разных учителя, и все они не педагоги, а просто люди, владеющие эстонским языком на уровне С1. Я думаю, что много учеников не ходят на эти пары, так как считают, что это бессмысленно, очень скучно и нудно», – добавляет ученик.

Первокурсница Марьяна, которая также сейчас проходит интенсив по эстонскому, рассказала, что учеников разделили на восемь групп по уровню владения языком, и она оказалась в группе «между очень сильной группой и средней». «Учиться получается довольно хорошо», – оценивает она.

«В основном там разговорная часть, то есть мы больше говорим и слушаем. И бывают такие мини-контрольные, где мы пишем. У нас есть письменная работа, нам дают листочки с заданиями на дом, которые мы делаем», – рассказала Марьяна. По ее словам, уроки эстонского посвящены разным темам, некоторые из них связаны с будущей профессией, некоторые – нет.

О том, что около сотни учеников перестали посещать занятия, Марьяна знает: «У некоторых просто нет желания учить эстонский. Большинство могут, например, проспать, опоздать, ну или просто пропустить. У меньшинства есть уважительные причины, что-то вроде болезни. Но большинство говорят, что просто пропускают», – поделилась она своими наблюдениями.

Хендрик Агур сказал ДВ, что сейчас количество пропускающих занятия обычное – большинство не ходит на учебу из-за болезней, некоторые – по семейным обстоятельствам. Те, кто успешно пройдут интенсив по эстонскому языку и достигнут уровня В1, продолжат обучение в обычном режиме. Для тех, кому это обучение не поможет, заготовлены два варианта, рассказал руководитель Ида-Вируского центра профобразования:

«Если учащийся не достигает уровня B1, но близок к нему, он продолжает профессиональное обучение и параллельно получает дополнительное обучение эстонскому языку в меньшем объеме. Если языковая готовность учащегося значительно ниже требуемого уровня, он продолжает профессиональное обучение с большей языковой поддержкой и, при необходимости, его номинальный учебный период будет продлен. Никто не будет исключен из системы, но языковая подготовка должна обеспечить реальную возможность учиться и работать в эстоноязычной среде».

Учеников выпускного третьего курса, которые поступали по системе «40 на 60», на интенсивные курсы не отправили. Для них обучение просто полностью перешло на эстонский язык. Ученики, с которыми общался в Нарве корреспондент ДВ, рассказали, что некоторые учителя могут объяснить что-то по-русски, если видят, что по-эстонски их совсем не понимают, а некоторые принципиально говорят только на государственном.

Обучающийся на строителя юноша, который не стал называть своего имени, рассказал, что очень недоволен уроками эстонского, которые теперь проходят… полностью на эстонском: «У нас была хорошая учительница, которая нормально нам все объясняла. Потом эта учительница ушла на пенсию. А вот на ее место пришла другая, которая ну очень плохо учит. Можно сказать даже, вообще не учит – дает задания, которые не подходят для сдачи экзамена».

По словам юноши, его сокурсники, в основном, плохо понимают по-эстонски. Группа, в которой было 20 человек, к концу третьего курса уменьшилась наполовину, хотя, по его мнению, это не было связано с языком обучения: «Так всегда получается, что до третьего курса уже больше половины отсеивается. Может, кому-то просто не подходит эта профессия», – сказал будущий строитель.

Третьекурсники специальности «автодело» рассказали корреспонденту ДВ, что они готовы: экзамен по профессии на эстонском языке не сдадут. «Печально. Будем грустить. Вряд ли кто-то из нашей группы сдаст. В прошлом году вообще никто из “автодела” не сдал. Вот нас, скорее всего, то же самое ждет», – сказал один из учеников.

Выпускные экзамены с прошлой весны в профтехах Эстонии должны проводиться на эстонском. Но Хендрик Агур сообщил ДВ, что в данном случае в прошлом году в порядке исключения экзамены проводились еще на русском, и основной причиной несдачи была неявка на этот экзамен – никто не провалил его только по причине незнания эстонского языка. По его словам, ученики, которые не смогли сдать полноценный профессиональный экзамен, имели право после провала сдать другой экзамен – об окончании обучения. Этот экзамен они сдали и все-таки получили диплом.

Ситуацию по просьбе ДВ прокомментировал также известный IT-предприниматель, инвестор, оставивший корпоративный мир ради преподавания физики в таллиннской школе Олег Швайковский.

По его мнению, переводить на эстонский язык нужно было все образование сразу после восстановления независимости. Это было бы больно, но быстро, уверен Швайковский.

Сейчас же, отмечает он, было бы более эффективно использовать пряник, а не крут, найти схему, при которой ученики сами хотят учиться.

«Сейчас мы, к сожалению, находимся в ситуации, в которой быстрых решений больше нет. А быстрых простых решений просто нет. Понимаете, мы немножко пытаемся как-то нахрапом решить вещи, которые нужно решать системно», – сказал Олег Швайковский.

«Но в любом случае, честно скажу, эти потуги Агура перевести образовательное учреждение на эстонский язык я всячески поддерживаю, – добавил он. – Правильно то, что он делает. Вопрос может состоять в том, что делать либо как это делать».