Игорь Райхельгауз: как решить проблемы э-резидентства?

23-го июля вышел отчёт Госконтроля “Эффективность программы электронного резидентства”. Он сразу вызвал жаркие споры, в основном о том, правильно ли Госконтроль посчитал прибыль, которую Эстонии принесло э-резидентство. На мой взгляд, есть гораздо более существенные вопросы, поднятые в отчёте.

То, что программа э-резидентства является прибыльной, признал даже критично настроенный Госконтроль. Как я понял из отчёта, никто не собирается сворачивать эту программу или даже оспаривать тот факт, что она является огромным успехом в Эстонии и её визитной карточкой. Вопрос в другом: есть возможность сделать успешную программу ещё успешнее?

Главная проблема, которую вскрыл отчёт Госконтроля, заключается в том, что 95% налоговых доходов государству от э-резидентства генерируют лишь 6% компаний, основанных э-резидентами. Мы имеем 6% «рабочих лошадок», которые ведут реальный бизнес в Эстонии, нанимают сотрудников и платят налоги. Остальные - это те, кого Госконтроль в своём отчёте пренебрежительно называет "ühemehefirmad" - "фирмы одного мужчины" (намекая, видимо на то, что "ühenaisefirmad" были бы гораздо лучше).

И здесь есть один нюанс. Для банков критичным является наличие местных партнёров. Но давайте будем честными: Эстония - очень маленький рынок. Самые успешные бизнесы - глобальные. Именно людей с глобальным виденьем мы хотим видеть в рядах э-резидентов, не так ли? Самым ценным ресурсом для таких людей является время. Тратить время на поиск партнёров в крохотной Эстонии только для того, чтобы соответствовать требованиям программы – не у всех хватает на это мотивации. Многие не будут этого делать, и мы потеряем потенциальных э-резидентов, их деньги и мозги.

Во-первых, EAS уже имеет программу помощи эстонским предприятиям с поиском потенциальных партнёров за рубежом. Почему бы не создать похожую программу и не помогать э-резидентам находить партнёров в Эстонии?

Ещё дальше пошла Норвегия. У них есть государственная программа, по которой, если иностранные IT-компании заказывают услуги у норвежских субподрядчиков, то государство оплачивает стоимость этих работ. Если бы Эстония в лице EAS помогала э-резидентам находить местных партнёров и хотя бы как-то стимулировала работу с ними, это могло бы стать серьёзным аргументом в пользу э-резидентства.

Второй путь заключается в том, что, возможно, настал момент для создания государственного коммерческого банка. Этот банк мог бы открывать счета компаниям э-резидентов, не имеющих местных партнёров (при условии, что они ведут бизнес, имеющий другие полезные для Эстонии черты). Думаю, спрос на услуги такого банка был бы и со стороны местных компаний и частных лиц, ведущих международный бизнес. Они ведь тоже в последнее время попали в немилость к скандинавским банкам, доминирующим в нашем финансовом секторе.

Мы привыкли считать одним из ключевых преимуществ бизнес-среды Эстонии отсутствие налога на нераспределённую прибыль. Однако два самых крупных рынка сбыта э-резидентства - Россия и Украина - практически нивелировали это преимущество Эстонии для своих граждан. Украина вслед за Россией вводит регуляцию налогообложения контролируемых иностранных компаний (КИК). Воля законодателей наших соседей в том, что если компания лишь зарегистрирована в Эстонии, а в действительности управляется из Украины или России, то для такой компании фактически применим не эстонский, а украинский или российский режим налогообложения.

Исходя из этого, налоговые преимущества Эстонии перестают быть аргументом для россиян и украинцев. Они имеют смысл для инвестора только если э-резидент, основав компанию, станет налоговым резидентом Эстонии, т.е. переедет сюда жить и перевезёт семью.

Если э-резиденты создали в Эстонии бизнес, генерирующий рабочие места и налоговые отчисления, то хозяева и ключевые сотрудники этих бизнесов должны иметь возможность трансформировать своё э-резидентство в полноценное резидентство. То есть получить вид на жительство вне иммиграционной квоты и стать налоговыми резидентами Эстонии.

Если мы заинтересованы в том, чтобы э-резиденты, работающие в области IT, переносили свой бизнес в Эстонию (реально, а не виртуально), необходимо продумать для них чёткую мотивацию. Один из возможных стимулов, который давно уже обсуждается в кулуарах - это отмена пенсионной части социального налога (20%) с зарплат специалистов, приезжающих в Эстонию по временному виду на жительство и соответственно не претендующих на эстонскую государственную пенсию в будущем. Для IT-сектора, где составляющая трудозатрат значительна, это могло бы стать важным шагом.

Одной из важных статей экспорта для россиян и украинцев является зерно и другая сельскохозяйственная продукция. Эстония лежит вне основных торговых путей, по которым российское и украинское зерно попадает на международные рынки. У нас два варианта: либо мы сами проложим для них эти торговые пути через Эстонию, либо примем современное купечество таким какое оно есть - глобализированным и лишь частично привязанным к Эстонии. В противном случае, мы рискуем потерять каждого седьмого платёжеспособного э-резидента.