Игорь Райкхельгауз • 14 августа 2020 в 8:19

Игорь Райхельгауз: как решить проблемы э-резидентства?

Нужно дать э-резидентам возможность стать полноценными резидентами, а также принять тот факт, что у них может и не быть партнеров по бизнесу в Эстонии, считает глава консалтинговой компании Magrat Игорь Райхельгауз.

23-го июля вышел отчёт Госконтроля “Эффективность программы электронного резидентства”. Он сразу вызвал жаркие споры, в основном о том, правильно ли Госконтроль посчитал прибыль, которую Эстонии принесло э-резидентство. На мой взгляд, есть гораздо более существенные вопросы, поднятые в отчёте.

То, что программа э-резидентства является прибыльной, признал даже критично настроенный Госконтроль. Как я понял из отчёта, никто не собирается сворачивать эту программу или даже оспаривать тот факт, что она является огромным успехом в Эстонии и её визитной карточкой. Вопрос в другом: есть возможность сделать успешную программу ещё успешнее?

Главная проблема, которую вскрыл отчёт Госконтроля, заключается в том, что 95% налоговых доходов государству от э-резидентства генерируют лишь 6% компаний, основанных э-резидентами. Мы имеем 6% «рабочих лошадок», которые ведут реальный бизнес в Эстонии, нанимают сотрудников и платят налоги. Остальные - это те, кого Госконтроль в своём отчёте пренебрежительно называет "ühemehefirmad" - "фирмы одного мужчины" (намекая, видимо на то, что "ühenaisefirmad" были бы гораздо лучше).

Типичная фирма э-резидента - это компания, у которой один собственник, он же единственный член правления. Дивидендов и зарплат компания не платит, 100% оборота выводится в виде расходов. Никаких налогов Эстония от такой фирмы не получает, а на форумах эти э-резиденты ещё и обсуждают как бы сделать так, чтобы не нанимать эстонских бухгалтеров для подачи годового отчёта. Такие предприниматели - явно не то, во что нам стоило вкладывать 15 миллионов денег налогоплательщиков.

Конкуренция гигантская

Совсем другая ситуация с «рабочими лошадками». Если ÜMF тратит на поддержание компании от 0 до 2000 евро в год, то «рабочая лошадка», имея хотя бы небольшой офис в Таллинне и одного сотрудника со средней зарплатой, уже несёт расходы более 26 000 евро в год. И это минимум! Если у тебя офис с 2-мя сотрудниками со средней зарплатой, то будь добр, выложи 50 000 евро в год.

За «рабочих лошадок» конкуренция в мире просто огромна. Наши соперники - Великобритания, Гонконг, Сингапур, Соединенные Штаты, Швейцария, Мальта и многие другие страны. И здесь эстонская «фишка» в виде карточки с чипом для электронной идентификации уже не является решающим аргументом. Все наши глобальные конкуренты предоставляют возможность удаленной регистрации и администрирования компаний в том или ином виде.

Поэтому, перефразирую Кеннеди: «Прежде чем спрашивать, что платёжеспособные е-резиденты могут сделать для государства, давайте спросим, что государство может сделать для платёжеспособных э-резидентов?»

А счёт-то откроют?

Главной причиной разочарований э-резидентов в Эстонии является невозможность открытия банковского счёта. Госконтроль предлагает предупреждать э-резидентов, что банковский счёт им скорее всего не откроют. С другой стороны, он предлагает на входе ставить новым э-резидентам условие, что они должны делать вклад в экономику страны (то есть платить налоги и создавать рабочие места), если хотят рассчитывать на продление э-резидентства через 3 года.

А что, если, кроме кнута, предложить и пряник? Сделать критерии вклада в экономику такими, чтобы они составляли ровно тот необходимый минимум, после которого эстонский банк без проблем откроет клиенту счёт. Таким образом э-резидент мог бы получить чёткое послание от Эстонии: если бизнес-план предусматривает выполнение минимальных критериев, то компании такого э-резидента с большой вероятностью откроют банковский счёт. Конечно, обо всём этом нужно договориться с самими банками.

И здесь есть один нюанс. Для банков критичным является наличие местных партнёров. Но давайте будем честными: Эстония - очень маленький рынок. Самые успешные бизнесы - глобальные. Именно людей с глобальным виденьем мы хотим видеть в рядах э-резидентов, не так ли? Самым ценным ресурсом для таких людей является время. Тратить время на поиск партнёров в крохотной Эстонии только для того, чтобы соответствовать требованиям программы – не у всех хватает на это мотивации. Многие не будут этого делать, и мы потеряем потенциальных э-резидентов, их деньги и мозги.

Что же делать? Я вижу два пути

Во-первых, EAS уже имеет программу помощи эстонским предприятиям с поиском потенциальных партнёров за рубежом. Почему бы не создать похожую программу и не помогать э-резидентам находить партнёров в Эстонии?

Ещё дальше пошла Норвегия. У них есть государственная программа, по которой, если иностранные IT-компании заказывают услуги у норвежских субподрядчиков, то государство оплачивает стоимость этих работ. Если бы Эстония в лице EAS помогала э-резидентам находить местных партнёров и хотя бы как-то стимулировала работу с ними, это могло бы стать серьёзным аргументом в пользу э-резидентства.

Второй путь заключается в том, что, возможно, настал момент для создания государственного коммерческого банка. Этот банк мог бы открывать счета компаниям э-резидентов, не имеющих местных партнёров (при условии, что они ведут бизнес, имеющий другие полезные для Эстонии черты). Думаю, спрос на услуги такого банка был бы и со стороны местных компаний и частных лиц, ведущих международный бизнес. Они ведь тоже в последнее время попали в немилость к скандинавским банкам, доминирующим в нашем финансовом секторе.

Безналоговая прибыль?

Мы привыкли считать одним из ключевых преимуществ бизнес-среды Эстонии отсутствие налога на нераспределённую прибыль. Однако два самых крупных рынка сбыта э-резидентства - Россия и Украина - практически нивелировали это преимущество Эстонии для своих граждан. Украина вслед за Россией вводит регуляцию налогообложения контролируемых иностранных компаний (КИК). Воля законодателей наших соседей в том, что если компания лишь зарегистрирована в Эстонии, а в действительности управляется из Украины или России, то для такой компании фактически применим не эстонский, а украинский или российский режим налогообложения.

Исходя из этого, налоговые преимущества Эстонии перестают быть аргументом для россиян и украинцев. Они имеют смысл для инвестора только если э-резидент, основав компанию, станет налоговым резидентом Эстонии, т.е. переедет сюда жить и перевезёт семью.

Если э-резиденты создали в Эстонии бизнес, генерирующий рабочие места и налоговые отчисления, то хозяева и ключевые сотрудники этих бизнесов должны иметь возможность трансформировать своё э-резидентство в полноценное резидентство. То есть получить вид на жительство вне иммиграционной квоты и стать налоговыми резидентами Эстонии.

Если мы заинтересованы в том, чтобы э-резиденты, работающие в области IT, переносили свой бизнес в Эстонию (реально, а не виртуально), необходимо продумать для них чёткую мотивацию. Один из возможных стимулов, который давно уже обсуждается в кулуарах - это отмена пенсионной части социального налога (20%) с зарплат специалистов, приезжающих в Эстонию по временному виду на жительство и соответственно не претендующих на эстонскую государственную пенсию в будущем. Для IT-сектора, где составляющая трудозатрат значительна, это могло бы стать важным шагом.

Одной из важных статей экспорта для россиян и украинцев является зерно и другая сельскохозяйственная продукция. Эстония лежит вне основных торговых путей, по которым российское и украинское зерно попадает на международные рынки. У нас два варианта: либо мы сами проложим для них эти торговые пути через Эстонию, либо примем современное купечество таким какое оно есть - глобализированным и лишь частично привязанным к Эстонии. В противном случае, мы рискуем потерять каждого седьмого платёжеспособного э-резидента.

Самое читаемое